(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

— А ты где… — перевела взгляд на бывшего мужа, который давал мне пространство, но держался рядом: всегда готовый поймать, если вздумаю обмороками баловаться.

— Мы соседи, — кивнул на дверь. — Так что кричи, если что.

Я смущенно фыркнула. Он был серьезен.

— Я не шучу, — засобирался. — Отдохни, потом пообедаем все вместе. Губику корм в красивую тарелку насыплем. Как твоя аллергия, кстати?

— Вроде ничего. У него шерсть как человеческий волос, поэтому… — пожала плечами. Меня снова слегка замутило, только уже от голода. Захотелось яблок с медом. Гречишным почему-то…

— Все хорошо? — Мир моментально оказался рядом и легонько удержал меня за талию. Я повела носом. Карамельку хочу, но не покупную, а настоящую, домашнюю, жженную. Он пах ею… Так все-таки яблок или карамели?

— Да, нормально, — подняла голову и встретилась с его глазами. Мир был выше, но никогда не смотрел на меня свысока. Я не могла ему рассказать, поделиться, пожаловаться. Как?! Это не может быть приятно. Никому не было бы… Только святому, а Мирослав Нагорный не святой. Тем более его реакция на резюме консилиума была слишком красноречива: он не хотел, чтобы я рожала. Не хотел, но смирился.

Мне сделали УЗИ сердца, взяли анализы, поставили холтер. Долго совещались и анализировали, как итог пришли к выводу, что под постоянным контролем, если исключить стресс и нагрузки — шансы доходить срок достаточно высокие. Вторая беременность часто легче первой: организм уже сталкивался с подобным шоком и должен реагировать менее остро. Мой гинеколог сказала, что тонус матки и кровотечение не связано с моим общим здоровьем. Нервы и стрессы — истинная причина. Неудивительно. Но нагрузка на сердце будет серьезной.

— Точно нормально? — погладил мою спину с какой-то удивительной нежностью, а в глазах беспокойство. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — намекал на мое молчание в некоторых вопросах.

— Меня подташнивает. Прости, не твоя забота… — попыталась отойти, но он чуть крепче сжал мою талию. Живота пока не было совсем. Я даже схуднула немного.

— Моя забота, — веско заметил, скользя взглядом по моему лицу. — Все, что касается тебя и детей — моя забота. Пообещай мне кое-что.

— Что? — шепотом повторила.

— Если тебе станет плохо или чего-то захочется, к примеру, поесть земли, ты сразу звонишь мне, и я привожу тебе грунт, хороший, качественный, экологически чистый. Окей?

Я тихо рассмеялась. Мне этого не хватало. Вот этих милых шуток. Мир не хохмач и балагур, никогда им не был, но иногда проскальзывало.

— Почему ты это делаешь?

— Что?

— Заботишься обо мне?

Мирослав закатил глаза. Да, я помню наш разговор, его волнение и признания, но время на месте не стояло, мало ли…

— А как ты думаешь? — он буквально гипнотизировал мои губы.