(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

Дочь была рада, что мы с Ликой оба встречали ее, но спросила, почему не забрал: она успела привыкнуть, что после расставания с Яной, это делал я лично. Но так не могло быть всегда: я элементарно не успевал с работой. Сколько я отменил и перенес важных встреч и ужинов из-за этого…

— Я заказала ужин, — улыбнулась Лика. Готовить она не любила и вряд ли часто ела дома, но ребенка нужно покормить. Да и я голоден как волк.

— Ты не останешься? — спросила, когда я засобирался.

— Нет. Я объяснял Николь, что пока женат, так нельзя. Не хочу выглядеть треплом.

Именно выглядеть, потому что именно треплом я и оказался. Плоть слаба, и я как и многие мужчины в очередной раз доказал это.

Я вышел в свет вечерних слепых фонарей, посмотрел на непривычно ясное, но холодное небо. Теперь точно все закончилось. Все непоправимое, что могло случиться, случилось.

— Олег, — махнул курившему водителю, — угости сигареткой.

— Вы же не курите, Мирослав Константинович.

— А ты что, моя мамка? — усмехнулся и прикурил. Бросил, когда Яна забеременела. Тогда я про все вредные привычки забыл. Боялся за нее. Я очень счастлив, что у меня есть Ромчик, но было время, когда готов был отказаться от сына, чтобы не потерять жену. Но она упертая и такая спокойная: сказала выносит и выносила!

— Поехали домой, — выбросил окурок. Завтра мы на большую сделку с Петербург-банком выходили, пора включаться. Брат на меня надеялся, разруливая со своей женой, а я тоже внезапно стал героем любовного треугольника и семейной драмы одновременно.

Работа поглотила на несколько недель вперед. Я балансировал между офисом, домом, детьми и женщинами. Последний пункт не в прямом смысле в отношении Яны: мы договорились с ней, что я буду забирать сына с ночевкой в субботу вечером и в понедельник утром отвозить в детский сад. Среди недели по договоренности мог приехать и провести с ним вечер.

Жена вела себя адекватно, без обид и истерик. Было непривычно. Развод с Ликой был скандальным и нервным. Повторения подобного опыта не хотелось, но излишнее спокойствие Яны как-то напрягало. Я привык ощущать любовь, поддержку, заботу от нее, но никак не дружеское равнодушие.

— Мирослав Константинович, вам доставили приглашение от губернатора, — ко мне заглянула секретарша.

Точно! Мы обсуждали со Святославом мероприятие. Нужно поддержать Каминского. Он сговорчивый и удобный чиновник, почтим его праздник своим присутствием, поднимем шансы на второй срок.

Я открыл элегантное приглашение и прочитал привычный до зубного скрежета текст, но самое главное:

Мирослава и Яну Нагорных…

Я не распространялся, что мы с женой разводились. Близкие знали, что разъехались, но все считали, что это временно. Если честно, меня такие мысли тоже порой посещали.

— Яна… — набрал ее.