( Не ) мой ребенок

А главное — не понимаю, зачем ему я? Он хочет использовать меня в качестве секс-игрушки и матери для ребенка? Никого другого не нашел? Скорее всего, жена ему просто надоела… А тут я. Вся такая с полпоцелуя на все готовая…

Фу.

Противно и стыдно, что так легко позволила ему все, что он хотел.

Ох, как бы мне искрутиться, чтобы не зависеть от милости Глеба? Стань я самостоятельной, способной прокормить себя и ребенка, мне было бы на что надеяться. А без кола и двора кто я? И кто при таком раскладе отдаст мне ребенка?

Я потратила эту неделю на то, чтобы найти работу. Искала хоть что-то, что смогла бы делать, будучи беременной и после того, как рожу.

Даже нашла подработку копирайтером, хотя опыта у меня никакого. Но на этом все. А о постоянной работе и речи не идет — кто возьмет меня на четвертом месяце? У меня уже отчетливо виден животик. Можно, конечно, надеть на собеседование какой-нибудь балахон, но не прохожу же я в этом балахоне все время. Очень быстро тайное станет явным, и меня погонят взашей. Да я даже испытательный срок не пройду.

Конечно, можно сбежать домой к родителям. Но как они меня примут? И примут ли вообще? Если бы все зависело от мамы, проблем не возникло бы.

Но папа очень вряд ли будет рад Димке в подоле, как он называет нагулянных детей. С четырнадцати лет меня стращал: «Только попробуй явись домой брюхатой, палками выгоню!» Даже если примет меня, то будет поедом есть за то, что развелась с Антоном, а заодно станет гнобить малыша.

А что будет, когда встречусь с Антоном? Не факт, что он не захочет отомстить мне за чесночный соус и развод. Мама по телефону говорила — ходит по городу злющий, как сто чертей, грубит всем направо и налево.

Нет, возвращаться в родной город к родителям — это очень плохой вариант.

А другого-то и нет!

Теперь, когда я знаю о том, что ребенок мой, ни о каком суррогатном материнстве речи не идет. Я не отдам своего ребенка, и точка. Глеб этого не требует, к счастью. Но это сейчас! Пока он думает, что я собираюсь с ним съехаться. А что скажет, если узнает, что мне совершенно не хочется с ним быть? Вполне может лишить меня содержания и прогнать на все четыре стороны, или попросту дождется, пока рожу, а потом точно прогонит. Чего еще можно ждать от человека, который вот так запросто хотел забрать моего малыша?

Отказывать Глебу мне сейчас нельзя, иначе окажусь на улице или лишусь ребенка.

Непонятно, что хуже! Но боже мой, что он от меня потребует, когда привезет к себе? Стать его рабыней в постели? Как я смогу с ним спать после всего?

Новый звонок в дверь выводит меня из транса.

Иду открывать и невольно вздыхаю, завидев на пороге Глеба.

— Привет, — шепчу тихонько.

— Здравствуй, Мирослава!

Не знаю, это мое воображение разыгралось или у него и правда такой хищный взгляд? Он жадно меня осматривает.