(не)случайная Жена (СИ)

Но Грегор то ли наказывал меня, жадно терзая мой рот, то ли себя самого. На какой-то миг весь миг закружился перед глазами. Его пальцы, его рот, его осторожные касания, уже таившие в себе хозяйский жест, заставляли тело терять устойчивость. Я чувствовала его язык, ласкавший мой рот, его губы, обжигающие и непривычно сладкие, его пальцы, давившие на спину, заставлявшие прижаться ближе к мужскому телу. А затем, когда он, наконец, отпустил меня, его шепот заставил вздрогнуть всем телом.

— Моя.

Я резко втянула воздух и еле слышно, чтобы слова донеслись только до слуха моего уже мужа, выдавила:

— Только до рождения нашего сына. Помни договор.

Его взгляд меня напугал. Грегор стиснул зубы, силясь улыбнутся, потому что жрец объявил нас мужем и женой, а подданные принялись ликовать, пусть не совсем искренне, но все же!"

"Наши взгляды перекрестились, словно два заостренных меча, и я подняла руку, чтобы развязать узел на сияющей ленте. Но Грегор перехватил ее, сжав запястье почти до боли.

— Не смей, — сказал он.

Я мгновение боролась с непослушанием, а затем уронила руку вдоль тела, позволив жрецу закончить обряд, связавший меня с Огненным на целые девять месяцев.

Глава 14

Свадебный пир не получил такого размаха как во время свадьбы Грегора и Клаудии. Впрочем, меня это не удивило и не оскорбило. Напротив, я была бы рада, если бы королевская семья вообще не стала бы отмечать подобное событие. Хватило и того, что нас связала родовая лента, а глаза королевы Марии и моего новоиспечённого супруга светились едва ли не таинственным торжеством.

Единственное, что порадовало меня в тот день — разговор с отцом и объятия брата, когда, покинув храм, мы вошли во дворец. Нам отвели для общения не так много времени. Впереди был праздник, и приближенные ждали молодых. А я мечтала только о том, чтобы сесть у камина рядом с братом и отцом, и тихо поговорить, узнать, как они живут без меня и почему я не получила ответного письма, после того, как отправила документы.

Но, кажется, родных интересовали уже не минувшие дела, а мой состоявшийся брак.

— Даже не вериться, что моя сестра стала королевой! — Арман не веряще улыбался, рассматривая новую меня, в непривычном дорогом платье, с уложенными волосами, в прядях которых сверкали крошечные жемчужины, которые служанки вплетали битый час с самого утра.

Я посмотрела на брата, стараясь показать одним взором, насколько мне радостен этот брак, но Арман не заметил. Зато от отца не ускользнуло выражение печали в моем взоре.

— Тебя заставили? — спросил он.

Я покачала головой.

— Это из-за Армана? — предположил отец. — Так тебе удалось вернуть документы? — спросил и почти попал в точку. Я замялась. Рассказывать о том, каким именно способом я отработала жизнь брата, не хотелось.