(не)случайная Жена (СИ)

— Вина, милорд? — в покои постучался слуга.

— Да. Заноси, Тод, — кивнул ему Вендель и дождался, пока тот поставит поднос на столик. Повернувшись, смотрел на своего человека, переодевшегося в лакея. А на самом деле одного из сильнейших воинов. Это несмотря на достаточно незаметную внешность и отсутствие развитой мускулатуры. Истинно, внешность бывает обманчива.

Вот так его человек на первый взгляд не отличался от остальных лакеев. Хотя, манеры были чуть менее напыщенными, и все же никто не заподозрил в нем воина.

Вендель переместился к столу. Взял в руку бокал, сделал глоток и посмотрел на своего человека.

Тод стоял на вытяжку, ожидая, что же дальше прикажет ему господин. И Роттергейн произнес:

— Отправляйся к Его Величеству. Спроси, сможет ли король Грегор принять меня и намекни на то, что я намереваюсь уехать в скором времени.

— Да, милорд. Больше ничего?

— Пока ничего. — Улыбнулся Вендель. А про себя подумал, что Грегор уже должен был начать паниковать. Конечно же, мальчишка понял его игру. Знает теперь, на кого нацелена ярость Водных, а значит станет защищать свою королеву. Бросит все силы, чтобы уберечь ее. Истинные всегда поступают так. Когда их половине грозит опасность, они не способны думать логично, а паника всегда приводит к ошибкам.

Глядя вослед удаляющемуся слуге, Водный думал о том, что спровоцировал Грегора достаточно. Осталось лишь, чтобы король сделал так, как надо ему, Роттергейну. И игра закончится быстрее, чем они оба предполагают. И трон будет принадлежать водным, как давно было предрешено.

Грегор вернулся только через несколько часов. Но все это время от него приходил человек и интересовался моим самочувствием. А я лишь вздыхала, понимая, что хочу видеть не фрейлин и услужливых слуг, и даже не королеву Марию, а его одного. Только рядом с Грегором мне было спокойно и надежно. Сама не знаю, как получилось, что из ненавистного мужчины, причинившего мне боль, он стал так горячо любим. Неужели всему виной лента, связавшая нас и открывшая истинность нашей паре?

Увы, но я не очень верила в это. Хотелось думать, что мы сами вершим свою судьбу. И я полюбила короля только потому, что смогла увидеть в нем искреннего и любящего дракона.

Мне казалось, что и он полюбил меня. Хотя, еще ни разу он в этом не признался. Но одно его желание разорвать договор говорило о многом.

«Разорву. Вот сегодня и уничтожу!» — подумала я, с нетерпением ожидая вечера и возвращения Грегора в нашу общую спальню. Мне казалось правильным, что он хочет поговорить с братом. Не хотелось бы, чтобы два близких человека оставались противниками.

Да. Я понимала, что нравлюсь Тилю. Но не полагала, что это заставит его покинуть дворец.

Тиль Кейзерлинг оказался сильным мужчиной. Достойным своего брата.