Не суждено быть сломленной

Уверен, что у тебя есть дела поважнее, чем составить компанию умирающему человеку, — я издал мелодраматический вздох.

Она рассмеялась, ее лицо и тело заметно расслабились.

— Вообще-то, сейчас мне нечем заняться, но ты не выглядишь так, будто умираешь.

В ее карих глазах появился веселый огонек, которого я никогда раньше не видел. На этот раз затравленный взгляд покинул ее прекрасное лицо.

Она села на мое офисное кресло. Я был удивлен, что она решила сесть так близко ко мне. Слабый и больных гриппом, я, вероятно, выглядел довольно жалко, совсем не опасно и не угрожающе. Но я никогда еще не был так счастлив от того, что выглядел жалким. По крайней мере, Эмбер чувствовала себя комфортно в моем обществе.

Когда я закончил есть суп, чай уже остыл. Может, Эмбер проявит милосердие и не заставит меня пить его, но мне не повезло.

— Тебе действительно следует выпить его. Разве ты не хочешь поправиться?

Я проглотил отвратительную жидкость и скорчил гримасу. Эмбер улыбнулась, и я решил, что этот ужасный вкус стоит того, чтобы увидеть ее улыбку. Ее глаза вернулись к наградам, которые я выиграл в Карате и Боевых Искусствах.

— Они твои?

Я кивнул, не уверенный, что это может ее напугать.

— Папа всегда хотел, чтобы я брала уроки самообороны.

— Я мог бы научить тебя когда-нибудь, — предложил я, хотя и не был уверен, как это сделать, так как это, вероятно, потребует физического контакта.

К моему удивлению, Эмбер, казалось, обдумала мое предложение, и я мог бы глупо улыбнуться, потому что был так счастлив.

Она нашла рамку с фотографией моих родителей и меня на выпускном вечере, на моем столе, за грудой забытых книг.

— Твои родители?

Я откинулся на спинку кровати и кивнул.

— Да.

— Они выглядят очень мило, но твоя мама выглядит так молодо, — сказала она.

— Да, они выглядят очень мило. Моей матери было двадцать два, когда она родила меня. Мой отец на пятнадцать лет старше ее. Когда они познакомились, она была стажером в его компании.

Она внимательно посмотрела мне в лицо.

— Вы не ладите друг с другом?

— Мы почти не видимся. Они слишком заняты.

Ну, мой отец. Моя мать проводила большую часть времени со своим психотерапевтом или в нашем загородном клубе, по крайней мере, когда не находилась в реабилитационном центре.

— А когда ты был младше?

— Тогда они тоже были заняты.

— Ох, — сказала она. Она подтянула ноги к груди и обхватила носками край кресла. — Что насчёт этих плакатов про Патагонию? Ты был там?"

"— Нет, — ответил я, глядя на свой любимый плакат с изображением национального парка Лос-Гласиарес. — Но когда-нибудь я там окажусь. Хочу исследовать всю Южную Америку сверху донизу.

— Это займет некоторое время.

— От шести месяцев до года, если сделать все правильно, — рассеянно сказал я.