Не та девушка

У меня уже есть жених и мы почти… женаты.

— И кто же этот почти счастливчик? — интересуется гость, недовольно нахмурившись.

— Его зовут Хродгейр, — и добавляю, — он полукровка.

Глава 8

— Полукровка… Но почему? — удивляется сир Крёз. Он, как ни странно, упорно отказывается меня записывать в сумасшедшие. Пытается найти толику нормального в моей аномалии.

— Почему нет? Он сильный, умный, с твердыми принципами, — бормочу, пожимая плечами. По инерции продолжаю думать: и правда, почему он? Почему я так отчаянно хочу помочь ему?

Мне понравилось, что он не сдал старика Скули, даже не попытавшись тем самым спасти свою шкуру. Он не кричал под пытками, и не ныл перед лицом смерти. Не прогнулся перед отчимом, хотя унижением мог бы выклянчить себе прощение.

А еще… Я чувствую в нем загадку. Он интересен мне, как хорошая книга, полная острых ощущений, опасностей и ярких эмоций. Редкий экземпляр. Штучный…

— Взгляните, какое мечтательное выражение появляется у Ханны, когда она думает о своем женихе, — язвительно улыбается Гретта. Я срочно стираю с лица налет всякой мечтательности и возвращаю шпильку:

— Уверена, ты будешь такой же, когда обручишься со своим избранником.

После этого гость отчего-то замолкает, и весь остаток обеда никому не удается его разговорить. Выразительной мимикой сир Крёз не страдает, поэтому считать что-либо по его внешности очень непросто.

В отчаянной попытке привлечь его внимание к Гретте я рассказываю о ее детских шалостях, услышанных когда-то от Ингвер, но все напрасно. Ничего из сказанного не помогает увлечь его в беседу.

Если так пойдут дела и дальше, то потенциальный жених ускользнет у Гретты из пальцев. Тогда у Хродгейра не останется шансов выжить.

Мне кажется, от жары и переживаний я нахожусь на грани обморока. Перед глазами то и дело проплывает туман, застилающий окружающие лица, а голова внезапно становится невесомой, как пух. Каким-то чудом, прихожу в себя под тяжелыми, пытливыми взглядами гостя.

Они, как якорь, заземляют меня в реальность и возвращают к главной цели обеда.

Когда мы выходим прощаться на крыльцо, лица у принимающей стороны напоминают осужденных перед казнью. Неужели мы зря старались? Неужели его так и не заинтересовала Гретта?

Лишь в самом конце, уже находясь одной ногой в карете, сир Крёз вместо прощания произносит:

— На следующей неделе мне придется отлучиться из города. Буду рад, если ваше семейство почтит меня своим визитом через две недели. Ханна, я приглашаю твоего жениха тоже. Непременно жду вас обоих!

— Благодарю за приглашение… — я растерянно оглядываюсь на отчима.