Не та девушка

Только группируются, как фигуры на шахматной доске, будто подчиняясь распоряжениям невидимого игрока.

— Ну вот. Додумались, наконец-то, — бормочет полукровка.

— Ч-что?

— Они готовятся нападать одновременно. Видишь, как заходят и сбоку, и спереди. До альфы дошло, что одновременно от нескольких особей нам не отбиться.

На глаза наворачиваются слезы бессилия.

Значит, это конец?

Значит, Ксимену надо было все-таки слушать?

Внезапно мужчина издает вой, ужасно похожий на волчий, шокирует и меня, и всю стаю как будто. Звери вмиг замирают, позабыв об атаке. Вострят уши и растерянно принюхиваются. Ничего не объясняя, Хродгейр резко хватает меня за руку горячими пальцами и буквально выдергивает в несколько огромных прыжков на открытую поляну перед замком.

Здесь нападения зверей можно не опасаться. Повинуясь какому-то негласному кодексу, лесные твари считают поляну чужой территорией и никогда не атакуют людей за пределами леса.

Теперь мы стоим в безопасности, слушаем рычание и клацанье зубов буквально в паре метров от нас. Я до сих пор не в силах поверить в наше чудесное спасение. Кажется, в любую секунду из леса могут выпрыгнуть зубастые монстры и доделать начатое.

Испуганно льну к своему спасителю. Никак не могу отдышаться. Его тяжелая рука ложится на мои плечи и бережно, неторопливо поглаживает. Этот сочувственный жест помогает потихоньку расслабиться. Когда мое дыхание немного выравнивается, спрашиваю шепотом:

— Почему они на нас не напали в последний момент? Ты умеешь общаться на волчьем? Ты попросил их нас отпустить?

На губах полукровки мелькает скупая улыбка. Если бы не озорные огоньки в золотых глазах, я бы и не догадалась, что он улыбнулся. Затем с видимым усилием хмурится, цепляет на лицо серьезное выражение и поясняет:

— Волки воют лишь для общения внутри стаи. Когда они услышали мой вой, решили, что у меня есть стая, и попытались сориентироваться, с какой стороны ко мне идет подмога.

Так значит, его блеф спас нам жизнь! В обычной ситуации я бы восхитилась его находчивостью, но сейчас меня хватает только на кивок и вымученную улыбку.

Послушно семеню за Хродгейром, идущим в сторону замка. Нам осталось немного, всего метров двести. Пытаюсь не отставать, однако запинаюсь на каждом шагу. Хотя я последний час провела на его руках, на меня накатила такая усталость, что едва держусь на ватных ногах. От пережитого испуга мои руки мелко дрожат, а туфли продолжают цепляться за ровную поверхность, угрожая на каждом шагу уронить.

Хродгейр ничего не говоря, берет меня за свободную руку. Мои пальцы сразу утопают в его жесткой, мозолистой ладони. Кажется, из его руки в меня вливается сила… или как минимум, поддержка. Этого достаточно, чтобы я перестала спотыкаться.