Не та девушка

Я бы посчитала это случайным совпадением, но… не могу. Мне кажется, в твоем обращении ко мне кроется ключ к какой-то разгадке.

— Ну вот. Ты нащупала ключ, — в его голосе мне слышится поощрение. — Осталось лишь вставить его в замочную скважину и повернуть."

"Мы оба знаем: я вот-вот докопаюсь до сути. Чувствую себя, как охотничья собака, взявшая след. Разворачиваюсь к нему всем телом, еле сдерживаю дрожь охватившего меня нервного возбуждения.

— Мама в детстве рассказывала про сказочных фей, превосходивших эльфов в магических способностях. Она говорила, что фэйри рождаюся от редких союзов эльфа и человека.

Но моя мама — человек, как и мой отец, я это точно знаю! Видишь, я не могу быть фэйри!

— Крайне редко отчим бывает лучше родного отца, — теперь по голосу чувствую, что он улыбается. Связать его слова с собой не получается:

— Возможно… И что?

— Ты не знаешь своего настоящего отца, зато тебе повезло с отчимом… С первым.

— Ты хочешь сказать… Мой отец — на самом деле мой отчим? Да как у тебя язык повернулся произнести такое про маму! — мне бы вслед за возмущенными словами сейчас вскочить и уйти, громко хлопнув дверью.

Но в глубине души я уже чувствую в его утверждении правду.

Я не раз интересовалась, к примеру, от кого мне достались изумрудные глаза и пышная каштановая грива. Ответа так и не получила. Как и ответа на то, почему бабушка и дедушка с папиной стороны никогда нас не навещают. Ко всем прочему, мама скрывала всегда даты помолвки и свадьбы родителей. И вот сейчас все недоговорки собрались воедино и подтвердили, дополнили, доказали шокирующие слова Хродгейра.

— Фэйри — единственные не-эльфы, обладающие магическими способностями. Но если ты все еще сомневаешься… У каждой фэйри есть родимое пятно на груди в форме маленькой бабочки.

У тебя же есть такое?

В этих словах утверждения больше, чем вопроса, и я инстинктивно прикрываю ладонью свое родимое пятнышко под левой ключицей.

Как же я мечтала его вывести! Даже когда в школу знахарства поступила, втайне жаждала поскорее набраться знаний, давших бы мне возможность избавиться от коричневой бабочки на моей в целом идеальной коже.

Значит, вот оно как… Правда оказалась невероятнее, чем ложь.

— Но если я фэйри… Значит, я тоже полукровка?

— Добро пожаловать в наш клуб! — после этих слов его голос мрачнеет.

 — А теперь, Ханна, ты должна отправиться в кровать. Прямо сейчас.

— В кровать? — переход на другую тему такой резкий, что моя уставшая голова отказывается его воспринимать. С каждым словом я понимаю Хродгейра все меньше и меньше. И этот его изменившийся тон… Опять в нем проскакивают командные нотки, которым невозможно противиться.

— Ты слишком мало знаешь о своем влиянии на мужчин. Это единственное тебе оправдание. Сейчас же. Отправляйся.