Не теряй головы

Джеймс, вернув улыбку глазам любимой, снова впал в прострацию. Генри меж тем не так легко было отвлечь от увлекательной дискуссии.

Он сказал задумчиво:

– Если бы доказать, что Пайпу могли убить, когда снег уже не шел…

– Нету никакой разницы, – немедленно отозвалась Фрэн.

– А может, и есть. Предположим, мы придумаем способ, как это можно сделать, а потом докажем, что именно так и было сделано. Тогда станет ясно, что мы все невиновны, потому что начиная с полуночи в доме толпились полицейские, а снегопад закончился как раз в полночь.

– Верно, милый, в этом есть смысл!

Генри вскочил:

– Не прогуляться ли нам до места преступления?

– А бедняжка Бунзен пусть убирает со стола, – добавила леди Харт.

Пока все укутывались в шубы и шарфы, она тихонько спросила Джеймса:

– Вам это не очень неприятно? Может, лучше не пойдем?

– Мне безразлично. Вы из-за того, что Пайпа была моей женой? – И тут же чуть-чуть выдал себя: – Я считаю, от правды прятаться не стоит. Что толку делать вид, будто ничего плохого не случилось? Нужно стараться смотреть на вещи… отстраненно.

– Им это помогает успокоиться, – сказала леди Харт, глядя вслед внучкам и Генри с Пенроком. – Для обычных людей, милый Джеймс, все происходящее – настоящий кошмар. Наверное, мы сошли бы с ума, если бы не устроили вокруг этого такую вот слегка истерическую игру. Поэтому Генри так себя ведет… И я их поощряю.

– Мне все равно, – повторил Джеймс, но уже без всякой горечи.

Тем временем Генри увлеченно говорил:

– Нам всего лишь нужно продемонстрировать Кокриллу, что технически это возможно.

Фрэн, держа Пенрока за руку, выглянула из-под алого капюшона:

– Так продемонстрируй!

– Думаешь, не смогу? На что спорим?

Леди Харт остановилась на берегу речушки, позади той самой беседки.

– Генри, милый, обуздай, пожалуйста, свое сребролюбие и объясни попросту, если в самом деле можешь – чему я ни на минуту не верю. И не забывай, что Пайпа все-таки была женой Джеймса.

Пылкое еврейское сердце Генри вмиг переполнилось раскаянием.

– Джеймс, дружище, прости! Я не хотел… Тьфу, как все запуталось! То нам говорят, что убийца пойман, то – не пойман, нервы на пределе и невольно забываешь, что все это кого-то лично касается. Давайте не пойдем, я как-нибудь в другой раз расскажу свою теорию.

Джеймса ужасно раздражало, что ему все время напоминают: все-таки Пайпа была его женой, а он, получается, каким-то образом ее подвел. И для Фрэн это тяжело. Хоть она и бодрится, на самом деле ее ранит каждое напоминание, что он когда-то любил другую.

Джеймс взял Фрэн под руку и своим обычным ленивым тоном протянул:

– А давайте притворимся, что мы расследуем убийство совсем незнакомого человека. Да, мы с Пайпой были женаты, много-много лет назад, так не будем сейчас о ней вспоминать.