(не)ваша девочка (СИ)

Я все жду, когда Наташа залепит ему пощечину, а она лишь медленно моргает, переваривая услышанное. Я должна утихомирить Тимура, но не нахожу слов, чтобы описать его мудачество по отношению к Наташе. Так нельзя.

— Давай так, — Тимур лезет в карман брюк и достает телефон, — Рома сейчас привезет деньги, чтобы ты их воочию увидела и приняла верное решение.

— И какое же тут решение верное? — усмехаюсь я.

— Любое, Одинцова, — Тимур быстро бежит пальцами по экрану, набирая сообщение. — Либо гордость сохранит, либо будет при деньгах. Двести тысяч это немаленькая сумма.

— И ты готов ею вот так швырятся? — приваливаюсь к косяку дверного проема.

— Я могу себе это позволить. Планировал проссадить их в казино, — Тимур пожимает плечами и прячет телефон, — но планы изменились. А теперь прошу меня извинить, мне надо отлить.

Он шагает прочь, и Наташа шепчет:

— Рома реально привезет двести тысяч?

Я молча почесываю бровь. Слышу в ее голосе недоверие, надежду, страх и возмущение.

— И какие у Тимура знакомые? — задает Наташа очередной тихий вопрос. — Приличные?

Перевожу на нее утомленный взгляд. Даже думать не хочу, какие у Тимура знакомые. Она согласится, потому что для меня и для нее двести тысяч долларов — огромная сумма. Я даже не могу сразу прикинуть, сколько это в рублях, потому что мозг отказывается считать. Много и точка.

— Это можно квартиру купить. Хорошую квартиру в нормальном районе, — Наташа слабо улыбается, будто пытается оправдаться передо мной. — Или даже дом. Я всегда мечтала о доме.

— Бойтесь своих желаний, — ободряюще похлопываю ее по плечу и иду на кухню.

Мне остро необходима чашка ромашкового чая. Не то чтобы я нервничаю, но мне хочется согреться и отвлечься на медленные глотки. Почему Тимур подкидывает и подкидывает мне новые сюрпризы. Что он хочет доказать своим поступком? Что женщины продажные шлюхи? И что дальше?

— Неправильно ты, Одинцова, чай пьешь, — напротив на стул опускается Тимур, и его лицо расплывается в улыбке, когда я перевожу на него взгляд.

— А как надо? — замираю с чашкой у рта.

— У меня на коленях."

"Встаю, подхожу к нему и без тени стыда усаживаюсь на колени. Делаю невозмутимый глоток, а Тимур неторопливо поглаживает меня по бедру, вглядываясь в лицо.

— Нам придется постараться, чтобы растопить тебя, да?

— Я не совсем тебя понимаю, — опять прикладываюсь к чашке.

— Мне нравилось, как ты краснеешь, а сейчас…

— Дай мне несколько секунд, — отставляю чашку и аккуратно пощипываю себя за щеки, а затем похлопываю, разгоняя кровь. Смотрю на Тимура и спрашиваю, — так лучше?

— Совсем не то, — Тимур касается моей щеки, — давай я тебе помогу.

Тимур целует меня в шею, а я у него спрашиваю:

— Ты кому собрался скормить Наташу?

— Какая тебе разница? — его губы поднимаются к ямочке под мочкой.