Небо и земля. Том 2

Собственно, Айями и не сомневалась в резолюции господина подполковника. И поясняла людям:

- Простите, пока что свидания запрещены. Ситуация неоднозначная, нужно потерпеть. Выждать. Даганны успокоятся и со временем отменят запрет.

Ей не верили. Думали, набивает цену. Торгуется, придумывая различные отговорки. В ответ предлагали плату за помощь - пайки, махорку, соль, свечи...

- Не стоит. Сейчас бесполезно просить о свиданиях. Меня не станут слушать, - оправдывалась Айями.

И однажды услышала в ответ: ""Даганская шлюха... Зажралась, курва. И консервы не берет"". Правда, негромкое и брошенное в спину, однако ж, отчетливое.

И... ничего не произошло. Не запнулась Айями, не втянула голову в плечи от стыда, не опустила глаз. Наоборот, распрямила спину и, не оглянувшись, покатила нагруженную тележку домой. Напускное спокойствие далось нелегко. Оно и понято. В первый раз всегда трудно.

Вскоре Веч уехал в командировку, и опять в штаб. И хотя твердо заявил, что на этот раз отлучится на неделю и ни днем дольше, Айями не обольщалась. У военных каждый день новые стратегии и новые планы, которые запросто задержат в столице.

Она заметила, что Веч не любил долгие сборы и прощания. Он тянул с отъездом и отбыл из города поздним вечером, проводив Айями, как обычно, от гостиницы до дома. И избегал разговора о предстоящей разлуке, словно эта тема не стоила выеденного яйца. Сущая мелочишка: сейчас он уезжает и не сегодня-завтра вернется.

Веч уехал, привычно напомнив: если потребуется, обращаться к господину помощнику, тот обязательно поможет. Айями послушно покивала, внимая наказу. Но увы, В'Аррас вряд ли взялся бы решать вопросы, которые начали накапливаться с отъездом его начальника.

Айями старательно запоминала лица и имена. И записывала на листочках просьбы людей, к ней обращавшихся. Смешно, конечно: вернется Веч в городок и с разбегу потянет в гостиничный номер, а она, не успев толком выбраться из кровати, начнет зачитывать нагишом список прошений. Нет, нужно быть дипломатичнее и не действовать нахраписто, иначе Веч решит, что его попросту используют. А пока он не приехал, остается запасаться терпением.

- Извините, сейчас нет возможности решить вашу проблему. Думаю, позже удастся, - отвечала Айями вежливо.

Чаще всего она слышала в ответ разочарованное ""спасибо"". Вроде как благодарность за неравнодушие. Но и оскорбительные высказывания стали звучать чаще. Не напрямик в лицо, а исподтишка, за спиной. Людей ведь не волнует, что самый важный человек, от которого зависит положительный исход дела, уехал из города.

""Вот N помогла, а мне нет. Отказалась. Я, что, лицом не вышла? Или кланяюсь недостаточно низко?...