Небо и земля. Том 2

Только сейчас она сообразила, что в последнее время напарница подавлена и молчалива. А когда господин помощник заглядывает в комнату к переводчицам, Мариаль опускает низко голову, делая вид, что увлечена текстом.

Да и у Айями настроение не лучше. И причина не только в страхе перед нежеланной тягостью, но и в потребительском отношении покровителя и в неопределенности будущего.

Распрощавшись, Айями поспешила домой.

Шла с осторожностью по узкой тропинке, боясь оступиться и набрать в сапоги. И впервые, глядя на отсвет солнца, ушедшего за горизонт, задумалась о том, какими бывают закаты в Дагании.

О том, что за Полиамскими горами теплые зимы, а снег - явление чрезвычайное для тех мест.

Впервые задумалась и о том, что последует за согласием уехать в Даганнию. Заключение договора, вакцинация... Миграционное разрешение, чемоданы, поезд... И конечный пункт назначения... Куда? Конечно, к брату!"

"А вдруг Айями ошиблась, и мужчина из киносюжета - вовсе не Рибалиас? Ну, что ж, на экране тот церкаль* показался теплым и солнечным, и там живет много амидарейцев. Ее семья не будет одинока.

Лишь глупцы приплетают Северного деда всуе.

Не понимает старик шуток, пусть и невинных.

Вдарили морозы. До того сильные, что вышибали слезу. Нос застывал через минуту, и отнимались пальцы, даже варежки не спасали. Айями выходила на улицу, натянув шарф по глаза, и он покрывался инеем от дыхания. И надевала две пары носков, а всё равно бесполезно - будто босиком по снегу бежишь.

Люнечку не пускали гулять, и она, продышав глазок в стекле, смотрела на улицу. По квартире ходили, не разуваясь, в обуви. И спали под двумя одеялами. Люнечка жалась к маме и перестала раскрываться во сне.

Хоть и грел аффаит* исправно, а тепло улетучивалось неизвестно куда. Должно быть, просачивалось через потолок и стены, уходя в нежилые квартиры по соседству.

Окна спрятались за толстым слоем изморози. Из печных труб валил пар и налипал серой снежной бородой. Горожане бегали по улицам вприпрыжку. Полынья на реке ушла под лед, лишь посередине русла, на перекатах, темнели проталины. Айями перестала ходить к реке с тележкой, этак можно запросто околеть на полпути. Набирала снег возле дома, но талой воды не хватало в хозяйстве, и приходилось соблюдать строжайшую экономию.

Словом, навалились морозы и взяли за горло. А даганнам всё нипочем. Натянули тулупы, пимы, меховые шапки с ушами. Пар валит как от паровоза, ресницы и брови в инее, а чужакам хоть бы хны. Прохаживаются на посту с автоматами наперевес и в ус не дуют.

Веч тоже надел тулуп и поднимал воротник. Но не носил мохнатые варежки, как другие. Наверное, потому что курить неудобно. А может, господину подполковнику не холодно, он ведь закаленный, не то что Айями-мерзлячка.