Небосвод мечей

Хриплыми, торжествующими голосами Орел и его друзья обсуждали вчерашнюю битву. Принцессе не удалось поговорить с ним, она вообще не могла произнести ни слова, пока шестеро мужчин тарахтели о ночном сражении, о чудовищах, которые наводнили королевские покои, и о том, как их Вожак — конечно же, Дюрандаль — запер его величество в шкафу. Так рождалась очередная легенда Клинков.

Прогулка по дворцу походила на отрывок из кошмарного сна, хотя даже в самых жутких кошмарах Малинда не перешагивала через кадки с сырым мясом в самом сердце Греймера. Рабочие грузили их на носилки и в тележки; пол и стены покрывали пятна засохшей крови; выпотрошенные тела псов источали дикую вонь. Покои отца в самом деле превратились в поле сражения: на месте окон теперь зияли дыры, повсюду возвышались горы собачьей плоти. Видимо, несколько комнат избежали погрома, потому что у их дверей стояли Клинки.

Малинда с первого взгляда поняла, что отца ее тут быть не может.

В отличие от его секретаря Кроммана — он сидел за столом в приемной и усиленно трудился посреди крови и зловония. Завидев принцессу, секретарь поднялся и отвесил поклон.

— Я уже намеревался отправить за вами, ваше высочество. Его величество просит вас присутствовать на приеме, назначенном на час после полудня в Розовом зале.

Кроммана ненавидели все. В юности он побывал инквизитором и по-прежнему носил черные инквизиторские одежды и берет, к тому же его выдавал характерный рыбий взгляд. «Рыбий» — это еще комплимент; его бескровное лицо, клочковатые белые волосы больше подошли бы утопленнику.

— Вы войдете через западную дверь примерно через двадцать минут после назначенного времени. Герольды вам укажут. Вам должно прийти со всей свитой. Приветствуя его величество, было бы уместно сдержанно проявить некоторые чувства. Здесь я набросал несколько слов, которые вы можете счесть подходящими для такого случая, хотя, конечно, вы можете предпочесть экспромт.

Он передал свиток Малинде.

Та не шелохнулась. Очевидно, предполагалось провести одно из многочисленных «спонтанных» мероприятий, которые Амброз так любил устраивать. Все это казалось до ужаса лицемерным и достойным презрения: никто все равно не верил в эти «случайности»."

"— Как мило с вашей стороны, мастер Кромман! Я надеялась, вы передадите мне от отца поздравления с благополучной доставкой или даже расспросы о моем здоровье.

Язвить по адресу инквизитора — пускай даже бывшего — все равно что грызть скалу. Блеклые глаза смотрели на нее без всякого выражения.

— Вы думаете, я бы решился оставить без внимания такой приказ от короля, если бы он его мне дал?

Она передернула плечами.

— Наверное, нет. Я просто надеялась.