Нечестивые клятвы

Затем он забрал пистолет обратно, и я поняла всем своим существом, что настала моя очередь.

— Жаль, что ты оказалась в том месте, где ты была этой ночью, Шарлотта. Ты казалась хорошим человеком, но у хороших людей есть совесть, которая их беспокоит. Это затруднение, а я не их люблю.

Казалась? Для этого мужчины я уже была мертва. Сражайся, Чарли. Сражайся!

— У меня нет совести. Мне плевать, что ты только что застрелил того парня, он это заслужил. Я забочусь только о своей сестре, - вырвалось у меня. Моя голова кружилась. Я могла бы упасть в обморок, если бы не острая необходимость выжить, бьющая через край.

— И, боюсь, она доказала, что является помехой, - продолжил Ренато. Он выглядел совершенно невозмутимым, кровь засохла на его манжетах, которые не закрывали перчатки. На одной из его высоких скул виднелись легкие брызги. В свете камина и с его драматической внешностью он действительно казался королем подземного мира в этот момент. Монстр в человеческом костюме.

— Я заставлю ее держать рот на замке. Она будет делать то, что я ей скажу. Я заставлю ее понять.

— Боюсь, твоего слова недостаточно, - ответил Ренато.

Я была в панике, металась, как та крыса в лабиринте, которой я так сочувствовала. Пыталась найти выход, но продолжала натыкаться на препятствия.

Слезы катились по моему лицу, горячие и отчаянные. Прежде чем я успела подумать об этом, я схватила его за руку. Она была напряженной под рукавом его пиджака. Я вцепилась в нее и встретилась взглядом с его темными глазами. За его головой портрет безмятежной женщины манил к себе, свет отблескивал от креста на стене. Не раздумывая, я опустилась на колени и встала перед ним, склонив голову.

— Отче наш, сущий на небесах… - начала я, но слова молитвы покинули меня, когда я больше всего в них нуждалась. Я ухватилась за следующую фразу, прежде чем сменить тему. — Ты веришь в Бога?

Мой голос дрожал. Я и впрямь отчаялась, если ожидала, что это чудовище испугается небесного возмездия, но я бы сделала всё, что в моих силах.

Ренато замолчал на долгую минуту. Я поняла, что смена темы выбила его из колеи. Это могло быть бесполезно, но он еще не пристрелил меня. Время, оставшееся мне на Земле, сократилось до ударов сердца. Каждый удар, который я могла одержать, был победой.

В его голосе звучало легкое любопытство.

— А если я скажу «да»? - размышлял он.

— Тогда я поклянусь всем в этом и загробном мирах, Небесами, Адом и всеми мирами между ними, что мы сохраним эту ночь в тайне и никогда больше не заговорим о ней. Клянусь Богом."

"Я застыла в этой позе. Когда я была ребенком, родители водили меня в маленькую католическую церковь в нашем районе. Я мало что понимала, но в голове отложилось, что, когда ты чего-то хочешь или нуждаешься в помощи, ты обращаешься к Богу.