Нечестивые клятвы

Слова Ренато оторвали меня от осмотра, и я встретилась с его теплыми, темными глазами.

— Почему ты так меня называешь? Я думала, что для тебя я мисс Берк?

Он почти усмехнулся, опершись локтями о стойку и приблизив свое лицо к моему.

— Теперь, когда мы собираемся стать семьей, я бы сказал, что пришло время отбросить формальности.

Я облизнула губы, от разговора у меня пересохло во рту.

— Может, мне нравились формальности.

Ренато небрежно пожал своими широкими плечами.

— Очень жаль. Мне нет. Тебе предстоит узнать, bambina, что правила в этом доме и в этой семье, устанавливаю я.

Мое слово - закон, и я здесь - судья, присяжные и палач. Не забывай об этом и веди себя соответственно.

Я кивнула.

— Хорошо, возьму на заметку: не злить диктатора, или он может передумать и хладнокровно убить меня, как чуть не сделал прошлой ночью.

Слова вылетели из меня прежде, чем я успела их остановить.

На кухне на долгую минуту воцарилось молчание. Сонни разрядил напряженную обстановку, хлопнув по столешнице и разразившись искренним смехом.

— Босс, у нас тут живой человек! Уверен, Вам понравится учить свою новую женушку, как нужно вести себя.

Ренато бросил мрачный взгляд на Сонни, который закашлялся и выплюнул свой кофе.

— Без всякого неуважения, конечно, - поспешно добавил он.

От этого поддразнивания к моему лицу прилила кровь. Я встала, громко скрипнув стулом по кафелю. Развернулась и успела сделать всего один шаг, прежде чем голос Ренато обрушился на меня и удержал на месте.

— Я не давал тебе разрешения уйти, Шарлотта, и ты не просила об этом."

"Повисла мучительная тишина. Если я уйду сейчас, как планировала, то нарушу прямой приказ Ренато.

Он хотел, чтобы я спросила у него разрешения, а я просто не могла заставить себя сделать это. Но я также не хотела устраивать сцену и потом проиграть. Здесь он мог делать со мной все, что ему заблагорассудится, и я была бессильна изменить это. Вероятно, он мог сделать со мной все, что захочет, где угодно, и остаться безнаказанным. Эта мысль заставляла меня чувствовать себя беспомощной и слабой, и я ненавидела это.

— Люси скоро проснется и испугается. Я не хочу, чтобы она была одна, когда придет в себя.

Мой голос был полон гордости, но я не могла заставить себя обернуться и встретиться взглядом с тираном. Кожа между плечами горела, как раз там, куда, по моим представлениям, смотрели глаза Ренато.

— Очень заботливо с твоей стороны. Сонни, останься и допей свой кофе. Я провожу Шарлотту обратно в ее комнату.

Я чуть не передумала и не села снова. После прошлой ночи мне очень не хотелось оставаться наедине с Ренато. Все события запечатлелись в моей памяти, но в то же время они были какими-то туманными.