Недетские забавы (СИ)

— Нет, этого не может быть! Он мне рассказывал о своей первой любви, — спотыкаюсь на полуслове, — Ну то есть обо мне. Не важно! Говорил, что мертва.

Рычу от злости. Паша не мог врать.

— Наивный мой цветочек. Он прекрасно знал, с кем ложится каждый день в постель. Он одержим тобой, поэтому никакая другая его бы не удовлетворила.

— Ты несешь бред!

— Серьезно? Ну давай у него как раз и спросим, — смотрит в окно, снова над чем-то усмехаясь. Отпивает уже из бутылки, не заморачиваясь над переливанием жидкости в стакан.

— Ты разрешишь увидеться с ним? — шепчу с надеждой.

— А чего разрешать, он вот сам приперся. Шуму опять навел. Заебал, — отец выплевывает со злостью, кивая на улицу.

Подхожу к оконной раме, вставая рядом и выглядывая в окно. А там ОМОН, возня, шум. Полный хаос. Поворачиваюсь в сторону отца, глаза неживые, пустые. Он знал, что они придут.

За спиной раздается грохот, резко оборачиваюсь и вижу его.

— Маленькая, — шепчет, срываясь ко мне.

Глава 43

Наши дни

Бросаюсь в объятия мужчины, он подхватывает меня на полпути, прижимая к себе. Слезы срываются вниз, но это точно от радости. Я выдыхаю облегченно, пряча лицо в изгибе его шеи.

Он нежно гладит мою спину, шепчет что-то ласковое, но я ничего не слышу кроме стука его сердца.

— Скажи мне, что тебя не трогали? — заглядывает в глаза, а там надежда. Боится, что не усмирит своих демонов, а я боюсь, что натворит дел на эмоциях.

— Все в порядке, Паш, — лукавлю, но упоминать Игната крайне глупая затея. Как бы я не хотела защиты, но не такой ценой, тем более Минаев пропал. Надеюсь, навсегда.

— Я снова сошел с ума. Клянусь, я не вывожу всего этого. Привяжу тебя к себе, чтобы больше никто не забрал, — я не боюсь его собственнических порывов, это пустой страх.

Он никогда не станет запирать меня в клетке, потому что знает, под гнетом я уйду. А для его это будет концом, потому что вернуть меня уже будет невозможно.

— Очень все это мило, но смею вас прервать, — слышу голос отца за спиной. Оборачиваюсь, на лице мужчины никаких эмоций, а вот Паша пускает воздух из ноздрей, как бык на красную тряпку. Ему сорваться ничего не стоит. Но последнее, что я хочу — это видеть, как любимый мужчина нападает на родного отца. Даже если отец далек от идеала.

— Отец, послушай, — перебиваю, — Давай мирно решим. Сядем за стол и поговорим. Я все равно не брошу его, а он не уступит тебе никогда. Мы попытаемся найти компромисс. Ради меня.

Я как кот Леопольд пытаюсь привести всех к уму разуму, но понимаю, что мужчины живут абсолютно по другим законам. У них другие понятия, но если я им так важна, как они говорят, то выход у нас один. Это мир.

— Я готов, если для тебя это важно, — Паша целует мой висок, прижимая крепче к себе. Все еще боится, что я исчезну.