Недетские забавы (СИ)

— Федулов, что б тебя! — ругаюсь как бабка, выдвигаясь в коридор.

Мужчину не видно из-за огромного букета нежно-розовых пионов, он осторожно выглядывает одним глазом из-за бутонов и снова прячется.

— Дорогой мой, тебя сейчас ничто не спасет от моего гнева. Я с ума чуть не сошла, — топаю ногой в знак негодования.

— Кристенко утащил меня отпраздновать, чисто по-мужски. Когда понял, что засиделся, телефон сел, — протягивает мне букет, который я тут же забираю, — В общем, виноват, Алиска.

Глаза блестят, улыбка шальная. Самая настоящая пацанская. Я видела у него такую, когда в детском доме он гонял на своем двухколесном друге.

Сидела на качелях и наблюдала. Было интересно видеть парня счастливым, а не злым и угрюмым. Сейчас он такой же задорный.

— Знаешь что, — тычу пальцев в стальную грудь, — Мне теперь нельзя волноваться вообще ни одну минуту. Поэтому побереги мои нервы, папаша.

Вскидываю волосы за спину, создавая блондинистую волну. Разворачиваюсь на пятках и ухожу на кухню ставить букет в вазу.

— Это что, новые ролевые игры, маленькая? — шепчет в ухо, прижимая к себе со спины.

— Ага. На ближайшие долгие годы, — вздыхаю, улыбаясь.

— Я выиграл суд, — разворачивает к себе и целует. Мычу ему в губы. Все будет, но нужно сначала сказать. Не могу и не хочу больше молчать.

— Паш, подожди, — останавливаю его, — Ты должен кое-что знать.

— А это не подождет? — хмурится, развязывая мой халат.

— Родной, у нас будет ребенок, — прямо в глаза смотрю, пытаясь уловить реакции."

"А там пустота. Сердце больно сжимается. Ну нет, такое я не вынесу.

Глава 46

Наши дни

Паша ослабляет узел галстука, освобождая шею и прочищая горло. Он все еще молчит, только руки выдают напряжение.

Пальцы не слушаются, он раздражается, а после отворачивается от меня, подойдя к окну и не удостоив меня взглядом. Я смотрю на широкие плечи, которые так сильно люблю обнимать, на прямую спину, за которую можно спрятаться, на идеальную линию роста волос на затылке, где я обычно оставляю поцелуи. Такая манипуляция всегда смягчает его, он становится податливым и максимально открытым, но сейчас я не позволяю себе такую вольность. Сердце словно в тиски сжимается, отбивая молотком рваные удары. Прикладываю руку к животу, сминая ткань халата, прикрываю глаза и понимаю, что ничто не заставит меня отказаться от этого ребенка. Ребенка от любимого мужчины.

Теряю связь с реальностью, земля словно уходит из-под ног.

— Помнишь, ты задолжала мне один вопрос? — наконец подает голос. Хриплый, словно издалека.

Поворачивается в мою сторону и останавливает свой взгляд в районе руки, защищающей зарождающуюся жизнь. Киваю ему.

— Маленькая, ты что, плачешь? — подходит ближе, а я даже не понимаю о чем речь. Не заметила как слезы захватили лицо.