Недотрога для дракона. Боевая академия (СИ)

Каллахан выразительно закатывает глаза и неожиданно бросается в мою сторону. Не успеваю среагировать и отчаянно верещу, когда дракон подхватывает меня под пятую точку, забрасывает на плечо и с лёгкостью бежит по усыпанной сосновыми иголками тропинке.

И это босиком!

— Тэйран! Тэйран Каллахан! — молочу кулаками по пояснице и дёргаю ногами в попытке освободиться. — Тэйран, я тебя убью! Немедленно верни, откуда взял!

— Если поставлю — ты меня убьёшь, — резонно отвечает дракон и отвешивает звонкий шлепок по левой ягодице. — Не дёргайся, Монстр. Тебе же хуже.

— Тэйран! Подлец!

Срываюсь на хрип и делаю небольшую передышку. Горло саднит и печёт, волосы свисают и закрывают мне обзор. Упираюсь ладонью под лопатку Каллахана и выпрямляюсь, чтобы оглядеться: вдруг он забросит меня в самую глушь, а сам попытается смыться?

Мимо проплывают бесчисленные деревья. Тучи медленно расходятся, уступая место яркому утреннему солнцу. В воздухе летают мухи и пчёлы, а Каллахан и не думает поставить меня на землю!

Злость на беспардонную выходку дракона сменяется чистой яростью, когда он разбегается и прямо со мной прыгает в небольшое, но глубокое озерцо.

Шум и брызги оглушают, вода смыкается над головой, и я чувствую лёгкую панику. Спешно выныриваю и хватаю ртом воздух, а мерзавец громко хохочет.

— Ненавижу тебя, Каллахан! — подплываю к нему и пытаюсь стукнуть по ехидной роже.

Совсем страх потерял! А если бы я не умела плавать?

Мерзавец! Скотина! Подлец!

— Да, — согласно кивает напарник, уворачиваясь от града ударов. — Не спорю. А когда я был хорошим? Когда ты прижималась ко мне во сне, закидывая ногу?

Хочется провалиться под землю! Скрыться на дне озера! Умчаться куда угодно, лишь бы подальше от несносного дракона.

Только вот за всей суетой я не заметила, как прошла тошнота и головная боль. Холодная вода освежила тело, взбодрила разум. Наверное, стоило бы сказать спасибо Тэйрану, если бы он вёл себя прилично.

— Не понимаю, Монстр, — Тэйран хмурится, напряжённо вглядываясь в моё лицо. — Я зарыл топор войны. Не задевал тебя, ну разве что чуть-чуть, и то по привычке. Пытаюсь загладить вину и выстроить тёплые отношения, а ты воротишь нос. Что сейчас не так?

Он ещё спрашивает?

В горле расплывается горечь. Пытаюсь насмешливо улыбнуться, но губы предательски дрожат. Память подбрасывает картины нашего с Каллаханом знакомства."

"Вот он требует охранника не пропускать меня за ворота. Сбрасывает еду на пол в столовой. Приказывает мне раздеться догола. Оскорбляет. Унижает. Изводит.

— Что не так? — голос срывается на шёпот, и я прикладываю множество усилий, чтобы держаться на воде и не сорваться на банальную истерику.