Недотрога для дракона. Боевая академия (СИ)

Парни загадочно переглядываются и Вайз, как самый главный из них, вскидывает глаза к потолку:

— У себя, где ж ещё. Я так понимаю, на построение вы опоздаете?

Да что ж такое!

С тех пор как Тэйрану взбрело в голову, что я неровно к нему дышу, вся академия уверена, что у нас крепкая и чистая любовь.

Такое ощущение, что все вокруг сговорились и сделали меня жертвой безумного розыгрыша!

Но самое удивительное, даже яркая и взбалмошная Велина не стала закатывать истерики, караулить меня и тащить в тёмный уголок, чтобы разобраться. Вместо этого тут же переключилась на другого парня и вроде как счастлива. Но надолго ли?

На стук в дверь никто не отзывается. Я уж было решила, что Каллахан предугадал мою реакцию и благоразумно смылся, но стоит только мне коснуться прохладной ручки в виде шара, и тяжёлая створка с тихим шорохом подаётся внутрь."

"Сердце отчего-то стучит так, будто я совершаю нечто запретное. Дыхание перехватывает, как только я пересекаю порог комнаты, где была всего однажды. Быстро окинув взглядом помещение, я выдыхаю с облегчением, увидев, что здесь никого нет.

— Не надейся переждать бурю, — шиплю вслух лишь для того, чтобы унять странный мандраж. — Я тебя из-под земли достану и потребую уничтожить твой чёртов подарок, да так, чтобы о нём и памяти не осталось!

Выплеснув свой гнев, я разворачиваюсь, чтобы уйти, но в этот момент дверь в ванную открывается и меня припечатывает к полу довольный голос Каллахана:

— М-м-м-м, Монстр, — мурлычет дракон, как кот, дорвавшийся до сметаны. — Какой приятный сюрприз. Пришла сказать спасибо?

Медленно оборачиваюсь. До последнего надеюсь обуздать гнев, но стоит только увидеть Тэйрана, стоящего передо мной в чём мать родила, горло сдавливает невидимая, но очень сильная рука.

— Ты… — сиплю я, стараясь не смотреть на широкий разворот округлых плеч и мощную, смуглую грудь, по которой лениво стекают редкие капли воды, падающие с кончиков волос. — Ты…

“Не смотри ниже, только не опускай глаза вниз!” — тревожная мысль бьётся в голове набатом, а во рту становится сухо как в пустыне.

Попытка сделать хотя бы шаг назад и вынырнуть из этого царства разврата, возглавляемого одним наглым драконом, с треском проваливается. А Каллахан, почуяв мою слабость, неспешно приближается ко мне и с обольстительной улыбкой шепчет:

— С днём рождения, мой Монстр.

Всё, на что я способна в данный момент, это ошалело таращиться на него и хлопать глазами, а Тэйран, восприняв мою реакцию за согласие, жестом брутального самца притягивает меня к себе, положив ладонь чуть ниже поясницы, и впечатывается в мои губы жадным поцелуем.

Пальцы цепляются за влажную кожу и скользят по ней, лишённые опоры.