Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Схватить Алену хотел, занозу это колючую, встряхнуть, сжать, потребовать, чтоб глаза открыла и посмотрела, что делает с нами!

Себя не оправдывал: набросился на нее, едва заподозрив в измене. К Разину приревновал, потерять боялся, а вышло так, что сам оказался в чужой постели. Было или не было — так и не вспомнил, да и неважно уже. Алену это не смягчит в любом случае. Единственное, что знал точно — люблю только ее. Никогда бы не лег с другой в постель. Мне это не надо! Не нужен никто! Не хочу! У меня теперь в принципе на баб аллергия. А еще паранойя: даже кофе сам на работе делаю. Везде, где могла быть подстава, осторожен втройне. Ирка доходчиво объяснила, что женское коварство может до цугундера довести. Я столько раз имел дело с матерыми уголовниками, продажными чиновниками и оборотнями в погонах, а погорел на вероломстве женщины.

Вышел во двор и поднял воротник пальто, спасаясь от жгучего осеннего ветра, хлеставшего по щекам в паре с крошкой дождя. Я ведь на службе реально всякого навидался, но и представить не мог, что окажусь в ситуации, глупейшей по своей абсурдности, но по факту подсудной. Сколько мужиков, обычно состоятельных, так попадало — дохрена! Это знал из неофициальной статистики и кулуарных разговоров: бизнес-тузы о таком не распространялись, репутацию берегли. Только если до жесткого шантажа не доходило. Да, шантаж самый ходовой мотив. А у меня месть. Ирка подала мне ее очень прохладной. Тварь.

— Я еду, — ответил на звонок и прыгнул за руль. Завел, но нога застыла на педали газа. На окна смотрел. Ждал. Может, сигнал какой подаст. Я сильно не надеялся, но и не мог не ждать. Все, связанное с Аленой, затянуло зимним настом, толстым, скрипучим, холодным. Все, кроме надежды. Но… ничего.

Я вырулил на дорогу и рванул в сторону Можайского шоссе. Сегодня у Демида праздник — сын родился! Чуть раньше срока, но жена и малыш стабильны, под наблюдением в детской реанимации, но без угрозы жизни. Это сам Дёмыч выпалил с утра, на одном дыхании, нервный и радостный одновременно. На мужской сабантуй позвал, отмечать. Странный сегодня день: похороны и рождения нового человека. Один ушел, другой пришел. Баланс природы. Жестокий, но справедливый.

— Поздравляю, дружище! — мы крепко обнялись на пороге дома. — Прости, что поздновато.

— Нормально, — Демид уже был изрядно навеселе. — Это последняя, — потряс бутылкой коньяка. — И это тоже, — прикурил тут же. — Завтра полный детокс вредных привычек!

Мужики толпились в беседке: прятались от дождя, жарили мясо, выпивали и трындели о политике, курсе доллара, бабах. Вечные темы.

— Ты сам как? — мы с Арсом, когда все завалились в дом, остались на крыльце, допивать початую бутылку.

— Нормально, — ответил, сделав большой глоток из горла. Я успел познакомить Алену с друзьями.