Неидеальные. Откровения о любви (СИ)
— Сколько ему? — Ты знаешь. — Точно скажи, — Дима повернулся и припечатал взглядом, — до дня. — Два года три месяца и пять дней. Доволен? — Знала, что беременна, когда последний раз виделись? — Нет, — ответила поспешно. Слишком. — Не смей мне лгать! — ударил по рулю. Я вздрогнула, но не отвернулась: он не смеет мне что- то предъявлять! — Что тебе нужно?! — разозлилась я. — Три года прошло. У меня своя жизнь! — Это и мой сын, — напомнил бескомпромиссно. — Ну зачем он тебе? Ты женат! У вас ведь тоже родился ребенок! Расти его, а ко мне не лезь! Схватилась за ручку двери, хотела выйти из машины, но Дима не дал. — Это мой сын и ты тоже моя. — Я никогда, слышишь, никогда больше не буду твоей любовницей! — бросила в жесткое лицо. — Будешь моей. Я так сказал. Подписка, график через день
Ладно, значит, там поговорим.
Я приехал на Артамонова. Хороший зеленый район, старенький правда, но чистый. Запад Москвы, роза ветров, любимые пенаты Брежнева. Я завис возле домофона. Код, естественно, не знал и что-то подсказывало, что мне не откроют. Помог случай — мужик вышел, а я дверь придержал, зашел в подъезд, огляделся. Давно в таких не был, М-да...
Двери лифта открылись, и Алена выскочила буквально на меня. Шальная, резкая, высокий хвост буквально подпрыгивал. Сегодня она, как пуля. Только…
Я всмотрелся в заплаканное лицо. Неприятно резануло, что Алену кто-то посмел обидеть. Почему-то казалось, что по пустякам она рыдать не стала бы. Дело очень серьезное. Так и вышло.
— Отец кто?
Да, я хотел знать, кто заделал ей ребенка. Почему не замужем. Почему работает на износ. Изначально был уверен, что это Ярослав постарался, только вопрос с финансами удивлял: вроде не бедный, а дочь живет в девятиэтажке года эдак восьмидесятого.
— Семен Разин.
Даже так… Не слышал о таком. Нужно справки навести. А пока…
— Никто не заберет у тебя дочь, — приподнял подбородок и большим пальцем провел по мягким влажным губам.
Я позволил дикарке Алене увидеть, что ничего в этом мире не дается просто так. Что за помощь придется стать кошечкой, временами дикой, временами нежной. Нет, меня, как любого нормального человека, трогали истории, связанные с несправедливостью и произволом относительно детей, но всем и каждому не помочь. А если уж берусь за дело, в котором есть личный интерес, то воспользуюсь ситуацией по полной. Не я такой, меня жизнь этому научила. Философия мудаческая, но так у всех, а у кого не так — вы просто недостаточно хорошо знаете человека.
В машине набрал Сергей Семеныча, председателя судей в ювенальной юстиции. У него влияние и на органы опеки, и на судебную систему в отношении несовершеннолетних.
— Сергей Семенович, приветствую, — и на часы взглянул — познавато.
— Здравствуй, Дмитрий Александрович. Рад слышать. Как дела? Как отец?
— У нас все хорошо, - коротко ответил и сразу к основному вопросу: - У одной моей знакомой есть проблема по вашей части. Поможете?
— Конечно, Дима. Рассказывай."
"— В общем, у одного хорошего человека опека дочку трехлетнюю забрала. Девушка со свекровью поссорилась, и та кляузу накатала. Нужно решить.
— Решим, не вопрос. Завтра все будет.
— Сергей Семеныч, нужно сегодня. Девочка маленькая, сами понимаете.
— Дим, рабочий день закончился, кого я сейчас найду?
— Сергей Семеныч, все что хотите. Любая услуга, только помогите решить вопрос быстро.
— Хм… — на мгновение замолчал. — Жди звонка, Дмитрий Александрович. — И сбрось на мобильный информацию о ребенке.
Я отъехал на пару кварталов, зашел в кофейню, хотел Алене позвонить, переживает ведь.