Неидеальные. Откровения о любви (СИ)
— Сколько ему? — Ты знаешь. — Точно скажи, — Дима повернулся и припечатал взглядом, — до дня. — Два года три месяца и пять дней. Доволен? — Знала, что беременна, когда последний раз виделись? — Нет, — ответила поспешно. Слишком. — Не смей мне лгать! — ударил по рулю. Я вздрогнула, но не отвернулась: он не смеет мне что- то предъявлять! — Что тебе нужно?! — разозлилась я. — Три года прошло. У меня своя жизнь! — Это и мой сын, — напомнил бескомпромиссно. — Ну зачем он тебе? Ты женат! У вас ведь тоже родился ребенок! Расти его, а ко мне не лезь! Схватилась за ручку двери, хотела выйти из машины, но Дима не дал. — Это мой сын и ты тоже моя. — Я никогда, слышишь, никогда больше не буду твоей любовницей! — бросила в жесткое лицо. — Будешь моей. Я так сказал. Подписка, график через день
— Все нормально, — успокоил невесту. Про себя добавил, что сбегать не собираюсь. Не в моих правилах включать заднюю. Хотя внутри такая черная бездна разрасталась, что хотелось разодрать грудину и вырвать, к чертовой матери, сердце. Я не хочу больше чувствовать!
Машина остановилась напротив парадного входа в дворец, мать его, бракосочетаний. Вокруг толпились гости и другие пары. Я вышел и подал руку Ире. Она лучезарно улыбалась и махала букетом, опираясь на мой локоть.
У меня странно покалывало затылок, неровным болезненным теплом внутри полыхнуло, как от хрупкого пламени свечи. Я резко обернулся, безошибочно отыскивая взглядом источник невероятного притяжения. Только она так будоражила тело и бередила душу. Алена.
— Я сейчас, — шепнул Ире и убрал с локтя ее ладонь. Мне нужно это: увидеть, услышать, вдохнуть аромат кожи. В последний раз…"
"— Куда? — Ира цеплялась за меня с приклеенной к губам улыбкой, но я уже уходил, ведомый исключительно сердцем.
Шагнул за дом, но там никого не было. Внутри что-то, чему я так и не дал название, с оглушительной высоты рухнуло вниз и осыпалось кровавой пеной к ногам. Неужели привиделось мне? Провел ладонями по лицу, сбрасывая дурманящий морок. Конечно, Алены не было. Зачем ей это? Она много раз говорила, что не нужен, что ждет, когда исчезну из ее жизни, что забудет обо мне максимум через минуту.
— Бляяядь… — хотелось выть, но я шипел сквозь зубы, лупанув кулаком в стену. Костяшки сразу в кровь, но боль отрезвила, напоминая, кто я и зачем здесь. Достал платок и, перемотав ладонь, вернулся к невесте.
Ира смущенно и потерянно стояла и смотрела, как приближаюсь. Вокруг люди, но она казалась безумно одинокой. Господи, как же нас так угораздило? Кто тот Карабас-Барабас, верховодящий нашими жизнями? А может мы просто трусливы и не в силах принять кардинальные решения. Я точно трус. И мне с этим жить…
— Перед тем, как официально заключить ваш брак, хотела бы услышать, является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак?
Прошу ответить вас жених:
— Да, — собственный голос казался чужим и холодным.
— Прошу ответить вас невеста:
— Да, — Ира ответила скромно, но ясно.
— Дорогие новобрачные, прошу обменяться кольцами в знак любви и верности.
Я твердой рукой надел на палец тонкий ободок из белого золота с бриллиантами. Рука Ирины дрожала от волнения и была слишком прохладной для начала осени. Волнуется. Массивное кольцо с алмазными насечками врезалось в кожу. Нет, я не чувствовал это наброшенной на шею удавкой, скорее обязательством, которое должен неукоснительно соблюдать. Теперь я официально женатый мужчина. В моей жизни отныне должна быть только одна женщина.