Ненавистная жена

Это происходит не сразу, но каждое утро, еще не открыв глаза, я чувствую на себе его руку — теплую ладонь на коже и близкое дыхание, словно он — мой гарант покоя. Это странно и непривычно, но когда позади столько дней одиночества, к человеческому теплу тянешься. И все же, если бы Ярослав в тот день не заступил в мои границы и не остался в них, я бы вряд ли сейчас была с ним. И точно ни с кем другим.

Неделя для обоих проходит в рабочем режиме. У него ежедневные тренировки, у меня — офис, документы, консультации с юристами и проект. Вечером поездка в поместье отца и тир. Последний — сумасшедший ан-реал, от которого не уйти. Я ужасно устаю, но лучше так, чем думать о том, что происходит в моей жизни. Что империю Корнеева штормит, я еле тяну рабочий заказ, а встречи с людьми Стального босса занимают все больше времени.

Этого времени и сил не хватает на кухню и готовку, и мы с мужем и Данилой Егоровичем ужинаем заказанной из ресторана едой, которая наверняка обходится Борзову недешево, как и мои обеденные боксы с доставкой в офис, но приоритеты расставлены, и я не спорю. Зато моих сил хватает на секс в спальне, и не проходит ночи, чтобы Ярослав отказался от своих прав.

Это похоже на какое-то сумасшествие. На чистую страсть, которую, надо сказать себе честно, мы ждем оба. И, если на людях по-прежнему держимся сдержанно, то за дверьми спальни отдаем право говорить нашим телам. И здесь Борзов не стесняется получить, что хочет. Он просто иначе не умеет. К ласковым словам он не привык, а я и не прошу. Его руки достаточно нежны для такого сильного мужчины, а вниманию далеко до скупого, чтобы я и без слов догадалась, что он зациклен на мне.

Заражение человеком наступает мгновенно, а вот выздоровление бывает разным — от полного забытья до слепой зависимости. На какой точке этой прямой окажемся мы с Ярославом — не хочу предполагать. Я не знаю, как долго это продлиться — его интерес и мое согласие. Возможно, все закончится в один момент. От того, что я стану об этом думать ничего не изменится, а сегодня надо еще прожить.

Накануне субботы я предупреждаю мужа, что он будет мне нужен. Я назначаю встречу юристу отца и его ближайшим партнерам в фешенебельном казино главной гостиницы города, роскошь которой говорит не столько за себя, сколько за имя Павла Корнеева, которому здесь все принадлежит. В сравнении со здешней обстановкой кабинет хозяина «Утиного кряжа» выглядит, как будуар престарелой куртизанки, помешанной на хрустальных подвесках. И мне самой, попавшей сюда впервые, требуется время, чтобы осмотреться и все принять.

Я одеваюсь соответствующе моменту и статусу дочери Стального Босса — его правой руки при жизни, и единственной наследницы после. Все без обиняков и вариантов, желание Павла Юрьевича для всех закон.