Ненавистная жена

— Но не твою жену, если она таковой станет?

Вормиев не отвечает, и Макар рявкает, прижимая меня к себе:

— Меняй, я сказал! Ты обещал ее мне! Все обещал, как только мы ее нашли! — Он понижает голос до шепота и цедит сквозь зубы: — Или ты решил убрать меня с дороги… а, брат? После того, как я для тебя рисковал своей шеей, подбираясь к Боссу. Я, мать твою, не ты!

Когда-то мой муж и Макар казались мне одинаково опасными типами. Как же я заблуждалась. Сейчас, когда я слышу своего бывшего охранника, я вижу ту разницу между ними, которую раньше видел отец. Борзов, в отличие от этого Бугора, никогда не был пешкой и ничего не требовал, это удел капризной швали. Но Макар не готов владеть ситуацией, он просто хочет получить свое. Чтобы досыта наиграться и сломать.

Мерзкая человеческая падаль!

Я чувствую, как он дрожит, в остервенелом объятии сдавив меня почти до хруста и невозможности дышать. За закрытой дверью слышится какой-то шум, топот ног и голоса. В комнату с криком: «Там, на улице я…!» врывается брюнетка, громыхнув дверью о стену… и тут же с открытыми глазами падает плашмя на пол, получив пулю в лоб.

Звук выстрела все еще звучит в ушах, все вскочили на ноги, и кто-то громко кричит… Неужели я?

Нет, клерк. Мужчина верещит, как истеричная девица, прижав листы документов к груди, пока новый звук выстрела, ударившего в паркет возле его ноги, не обрывает крик.

— Заткнись, тряпка! Или я вышибу тебе мозги, клянусь!

Вечер еще не закончился, но уже завел планировщиков не туда. Похищение, сговор, избиение и труп — все это плохо пахнет, и клерк продолжает подвывать, наблюдая, как под упавшей женщиной растекается лужа крови, окрашивая порог комнаты."

"В короткое молчание, которое следует за окриком Макара, я слышу мертвенно-глухое от его брата:

— Идиот…

— Саша, он ее убил! Ритку прикончил, падла! — изумленно кричит светловолосый, рванувшись из угла комнаты вперед, но останавливается под дулом пистолета Макара.

— Стоять, Стас! Двинешься — стреляю! Не хер было ей возвращаться, сказали же уйти! Лучше надо воспитывать своих блядей!.. Чего смотришь? — рявкает Макар, повернув голову к нотариусу. — Меняй имя в документах с Вормиева на Бугровского! Живее, жирная сволочь!

Но дородный нотариус трясет двойным подбородком, сойдя от шока происходящего с лица:

— Я… не могу. Мы не договаривались… Это убийство, я не буду в этом участвовать.

— Еще как будешь! Заставь его, — оборачивается Макар к брату, наставляя на него пистолет. — Заставь эту суку сделать, как я сказал, а я заставлю ее! — он вздергивает меня в своей руке. — Ну же, Саня! Или ты сейчас сам увидишь рай!

Но он не заставит. Мне хватает на секунду поймать взгляд Вормиева, чтобы показать ему, как я их ненавижу.