Ненавистная жена

Я в раздражении застегнул на руке часы, надел пиджак и дернул последний, насаживая на плечи. До выезда за невестой оставалось всего ничего времени, какое уж тут к черту играть!

— Успокойся, дед. Уже через пару часов я женюсь на его дочери, как обещал. Все готово. Ты же это имел в виду? А если другое, то так и скажи.

Дед промолчал, только челюстью дернул. Ну что же, озвучу сам.

— Я не дурак и знаю, что задолжал Боссу. Много. Он меня сегодня перед всем городом возьмет за яйца, еще и ты зудишь. Сам разберусь! А если ты мне сейчас о морали решил вспомнить, то лучше забудь! Ходил по бабам и буду! Я не просил его меня окольцовывать. Или это, дед, твоих рук дело?

Дед стоял мрачный, как туча, но хмыкнул:

— Шутишь, мальчишка. Кто я такой, чтобы Павлу указывать? Я бы свою дочь за тебя не отдал.

— Ну, спасибо!

— Зато честно! Надеюсь, он знает, что делает.

Из-за спины деда высунулась Анжелка. Она уже успела принарядиться к празднику и теперь маячила поблизости, раздражая своим присутствием.

— Данил, вы со своим Корнеевым с ума сошли! — обратилась к мужу. — Неужели не ясно, что Ярославу еще рано жениться! — защебетала. — Вот попомнишь мои слова — ничего хорошего из этой затеи не выйдет! Я бы эту девчонку на месте Яра возненавидела! Если хочешь знать, то уверена, что твой Павел Юрьевич неспроста все задумал. Да, может, это и не его дочь вовсе, а сиротка какая-нибудь приблудная! Кто-нибудь вообще о ней слышал?

Если дед и слышал, то не собирался ничего обсуждать. Ответил угрюмо и коротко, как всегда, когда разговаривал с женой:

— Помолчи, Анжелка. Не твоего ума это дело.

— Почему же не моего? Я, Данил, твоего Ярослава, считай, с семнадцати лет знаю.

— Вот и знай! — рявкнул дед недовольно. — Да помалкивай! А лучше вообще в деревню езжай! Или развод возьми! Ты здесь сейчас не нужна!

Анжелка, охнув, обняла деда за плечи и прижалась к нему грудью, заглядывая в глаза.

— Данил, ну чего ты взбеленился-то, милый? Мы же с тобой договорились. Все в прошлом давно, зачем старое ворошить? Как я одна-то буду? У меня ведь кроме тебя и нет никого.

Голос буквально засахарился от лживой нежности, а еще истончился от страха.

— Не гони, Даня, пожалуйста. Вдруг еще пригожусь!

Я не собирался слушать дальше диалог родственников, никогда не питал к этому никакого интереса. Все, что касалось их личных отношений, я оставлял для себя за скобками. Вот и сейчас дал понять деду, что ухожу:

— Ладно, я пошел. Жду вас через час в ЗАГсе. И будь я проклят, если еще раз пройду через подобное дерьмо! Так что лучше не опаздывай, дед, если хочешь увидеть все собственными глазами! Другого раза не будет.