Неповторимая любовь

— До встречи, любимая, — пробормотал он, повернулся н пошел прочь."

"— Слоан! — Опомнившись, Сабрина бросилась следом. Он вздрогнул, обернулся и нахмурился, увидев слезы на ее щеках. Сабрина прильнула к его груди, вдыхая родной запах, наслаждаясь последними минутами близости. — Тебе нельзя умирать! Есть еще одна причина, из-за которой я разыскивала тебя. Проснувшись утром после того, как… словом, проснувшись тем утром, я обнаружила, что ты исчез. Я ждала потому, что хотела убедиться… Я решила переждать некоторое время: повитуха сказала, что все может случиться. Я так боялась снова разочаровать тебя. Я…

Слоан отвел волосы со лба Сабрины и приподнял ее голову, взяв за подбородок. При свете костра его глаза казались бусинами из эбенового дерева, лицо окаменело от напряжения.

— О чем ты говоришь, Сабрина?

— Тебе нельзя умирать. Мы снова ждем ребенка, Слоан.

Внезапно в ночную тишину вновь ворвался неистовый боевой клич. Один из индейцев подошел к Слоану, что-то произнес и взял за руку. Слоан не возражал, похоже, ничего не замечая. Он смотрел на Сабрину не отрываясь, пока второй индеец не оттащил ее в сторону.

Слоан резко прикрикнул на него на языке сиу, и тот отпустил Сабрину. Она вновь бросилась к мужу, не желая смириться с тем, что его уводят.

Индеец остановил ее, не причиняя боли, — просто удержал на месте.

Слоан по-прежнему пристально смотрел на жену.

— Это правда? — наконец тихо спросил он. Она кивнула:

— Вот почему я так долго медлила…

— Когда?

— Ребенок появится в конце ноября.

— Ну что ж… — вздохнул он. — К тому времени я возможно, вернусь. Оставайся в типи, Сабрина, и, ради Бога, береги себя!

Слоан оттолкнул индейца, державшего его, отвернулся и решительно направился к костру.

Он вновь превратился в темный силуэт, только на этот раз обрамленный кровавыми языками пламени на фоне ночной тьмы, а не малиновым закатным небом.

— Слоан! — пронзительно вскрикнула Сабрина. Помедлив, он обернулся.

— Я вернусь, любимая, — поклялся он. Слоан обошел костер, и пламя заслонило его.

— Он вернется! — прошептала Сабрина. — Непременно вернется! — сказала она индейцу, подталкивавшему ее ко входу в типи.

Женщина села у порога, глядя на огонь в ночи. Она тщетно пыталась успокоить измученное сердце и прогнать отупляющий страх.

Но потрескивающее пламя костра, казалось, смеялось и дразнило ее. Сабрина следила, как взлетают ослепительно яркие языки, и мысленно молилась о благополучном возвращении Слоана. Только теперь она решилась признаться самой себе, что жизнь без мужа потеряет всякий смысл.

Она безнадежно влюблена в него.

Не сводя глаз с огня, Сабрина попыталась вспомнить, когда к ней пришла любовь.

Должно быть, той ночью в форте, когда Дженкинс так жестоко обошелся с женой.

Или после потери ребенка.