Несносные дочери леди Элизабет 2

– Но в нём течёт кровь вайлишских коней, – неожиданно произнёс Хэмонд, внимательно изучая массивного жеребца, на котором ехала Лорен. – Я узнаю эту линию – широкая грудь, мощные плечи, гордая посадка головы. Это потомок Бурана, жеребца, которого мой отец продал лавенийскому королю двадцать лет назад.

Лорен удивлённо подняла брови:

– Гром был подарком отца на моё шестнадцатилетие. Он сказал, что это особенная порода, выведенная для выносливости и верности.

– Так и есть, – кивнул Хэмонд. – Но не каждый может справиться с конём такого нрава.

– Гром – лучший друг, какой у меня когда-либо был, – серьёзно ответила Лорен, ласково поглаживая шею своего скакуна. – И я ни с кем не расстанусь с ним, даже ради поездки в столицу.

– Это не потребуется, – улыбнулся Хэмонд. – Мы просто поменяем карету бургомистра на более удобный экипаж для дам, а лошадей поведём на поводу. В моём поместье выберем лучших скакунов для путешествия в столицу.

Когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, мы увидели вдали очертания большого здания. По мере приближения оно становилось всё чётче, и вскоре я смогла разглядеть родовое поместье Вайлишей во всей его мрачной красоте.

Массивное сооружение из красного камня, словно выросшее из самой земли, возвышалось на небольшом холме, доминируя над окружающим ландшафтом. Центральное здание с высокими узкими окнами и остроконечной крышей напоминало древнюю крепость, а многочисленные башенки и пристройки подчёркивали его старину и основательность. Вокруг раскинулся просторный двор, обнесённый невысокой каменной стеной, за которой виднелись хозяйственные постройки и конюшни.

– Родовое гнездо Вайлишей, – произнёс Хэмонд с ноткой гордости в голосе. – Красный замок, как его называют в этих краях.

– Впечатляет, – искренне ответила я, разглядывая внушительное строение. – Сколько ему лет?

– Главному зданию около четырёхсот, – ответил Хэмонд. – Но различные части достраивались в разные эпохи. Самая новая – восточное крыло, где расположены гостевые покои. Его возвёл мой дед всего семьдесят лет назад.

– И оно такое… красное, – заметила Амели, склонив голову набок. – Необычный выбор для замка.

– Местный камень, – пояснил Хэмонд. – Добывается только в Серых холмах. Он не только красив, но и удивительно прочен – не боится ни ветра, ни дождя, ни времени.

По мере приближения к замку становились видны и другие детали: изящная резьба над главным входом, витражные окна в верхних этажах, массивные кованые ворота с изображением геральдического щита Вайлишей – вставшего на дыбы коня на фоне восходящего солнца.

Когда мы подъехали к воротам, они уже были распахнуты, а у входа нас ожидали слуги в аккуратной форме с фамильными цветами Вайлишей.