Несознательный

А вот про ночные бомбардировки с помощью СБ и ТБ ничего сказать не могу, не видели мы от них результатов, видимо это от того, что бомбили они как правило узловые точки снабжения немцев, а нам туда путь был заказан.

Наконец-то боевая эффективность полка удостоилась внимания командования дивизии, в часть прилетел генерал-майор Захаров, и начались награждения. Мне тоже перепал Орден Ленина за восемь сбитых, так-то их было больше, но в том бардаке, который разверзся в небесах и на земле, с подтверждением были большие проблемы. Надо бы фотопулемет на самолет поставить, а то иначе хрен чего подтвердишь, особенно если над занятой врагом территорией сбиваешь. Но и так хорошо, оказывается 19-го августа вышел приказ № 0299, по которому лично мне положено денежное вознаграждение в одиннадцать тысяч рублей за сбитых и боевые вылеты, и две правительственные награды. Но две решили заменить на одну, зато какую. А вообще, вроде бы слышал, что с выплатой денежного вознаграждения будут сложности. Начислять-то их начисляют, а вот подержать в руках хрен.

По окончании награждения Захаров решил поговорить со мной лично:

— А что лейтенант, в иркутском училище и правда курсантов в основном на тренажерах учат? — Озадачил он меня своим вопросом.

— Да, товарищ генерал-майор, — подтверждаю я, — сначала тренировка вестибулярного аппарата, потом удержание равновесия на простом тренажере, а перед практическими полетами отработка взлета-посадки на сложном тренажере. На том тренажере вообще много чему научиться можно, стрельба там тоже имитируется.

— Даже стрельба, — удивляется Захаров, — интересно было бы на такой тренажер посмотреть. Но должен сказать, что учили вы курсантов хорошо, вон, даже фамилия Соколов, много о чем говорит.

Да Соколов тоже отмечен Орденом Ленина, еще один самолет и он будет претендовать на звание Героя Советского Союза, опять же в этом приказе отмечено, что Героя за десять сбитых положено давать. Потом, правда, увеличат количество до пятнадцати, но пока это так.

— Да, твое наставление содержит много дельных мыслей, — продолжил генерал-майор, — мы его в Главное управление ВВС отправили, пусть там посмотрят, да до всех доведут.

Да, сомнительная радость, ведь кто будет смотреть? Те, кто в войне участия не принимал. Отсюда вывод, не примут они это наставление к действию, замылят, или так изменят в угоду вышестоящим, что лучше бы и не смотрели вообще. Хотя, какая-то польза все равно будет, по крайней мере, в авиационных училищах и школах перестанут рассуждать о воздушном бое как о сферическом коне в вакууме, а станут рассматривать более приземленные материалы.