Нет моей вины (СИ)

Теперь, спустя три недели, она вполне освоилась с ним и даже проявляла некие материнские чувства по отношению к нему. Читала нотации о том, что нужно обязательно хорошо отдыхать и высыпаться, следила за тем, ходит ли он вовремя на обед, заваривала чай. Она не доверяла кофемашине, стоявшей в учительской, и вообще была противником кофе.

Артём вернулся в родной город два месяца назад, в конце июля, когда в той школе, которую он возглавлял в Москве, прошли все экзамены, выпускные и зачисление новых учащихся. Передал дела и уехал. До этого он приезжал сюда лишь однажды за пятнадцать лет, полгода назад, когда нашёл ремонтную бригаду, чтобы привести в порядок квартиру.

Родители уже пятнадцать лет постоянно жили в Нидерландах, и он летал туда к ним, потому что и бабушка была там. Бабушка прожила девяносто один год, её не стало два года назад. Она ещё могла бы жить, у них фамильное крепкое здоровье, но бабушка сломала шейку бедра, долго лежала, и у неё развилась пневмония. Лёгкие бабушки, измученные стажем курения почти в восемьдесят лет, не выдержали… А ясный ум сохранялся до самого конца.

Когда Артём приехал в Москву пятнадцать лет назад, он долго был один, никого не подпускал к себе. И лишь через три года его соседке по общежитию, Жанне, удалось пробить брешь в его броне. Ну как удалось? Артём всегда мечтал о семье и детях. А Жанна не пила, не курила, имела высокий уровень IQ, и к тому же, осаждала Артёма больше двух лет. Он рассудил так: если всё равно нужна женщина, пусть это будет Жанна. Официально они не женились, Артём не хотел, пока дети не появятся, но прожили вместе больше восьми лет. Жанна взяла ипотечный кредит, они купили маленькую студию в «муравейнике» за МКАДом, выплачивали вместе. Тогда Артём и начал браться за любую работу, помимо научной: репетиторство, работа в частных развивающих центрах… А потом судьба впервые забросила его в школу, и школа больше не отпустила Артёма.

Никогда, никогда он не думал, что его жизнь будет связана с педагогикой, но однажды получилось так, что только педагогика реально интересовала его. Только в школе он чувствовал себя по-настоящему на своём месте.

Возможно, отчасти это было компенсацией того, что дети у них с Жанной так и не родились. У него не было своих детей, и он посвящал свою жизнь чужим детям.

Они с Жанной досконально проверились оба, и оба оказались полностью здоровы. Но ребёнка зачать не могли. От ЭКО Жанна отказалась."

"Вообще, они с Жанной разочаровали друг друга. Ему хотелось детей, а ей хотелось видеть его большим учёным. Он окончил аспирантуру, защитил кандидатскую диссертацию и… ушёл в педагогику.