Неучтённый
Молодой парень из небольшого уральского городка никак не ожидал, что его поездка на всероссийскую олимпиаду закончится через полвека в тёмной системе, не видящей света солнца миллионы лет, на обломках разбитой и покинутой научной станции. Не представлял он, что его единственными собеседниками здесь станут искусственный интеллект и два непонятных артефакта, поселившиеся у него в голове. Не знал он и того, что именно здесь он найдёт свою любовь и тот уникальный шанс, который позволит ему начать свой путь в неведомом и загадочном мире. Но главное, ему не известно, что он стал тем неучтённым фактором, который может изменить всё. И он должен быть к этому готов.
Для функционального тестирования прототип одного из них был подключён как интерфейс управления к искину комплекса».
«Не очень понятно, но это пока не главное», — я решил продолжить допрос Наргона.
«Сколько времени комплекс находится в режиме консервации?»
«Сто десять лет одиннадцать месяцев четыре часа сорок шесть минут пятнадцать секунд…»
— Достаточно уточнений, — прервал я, забывшись и произнеся команду вслух, но искин понял её.
«А время-то совпадает с последними записями из системы аудита безопасности к странному боксу. И точность совпадения варьируется в пределах нескольких миллисекунд».
Я решил спросить самое главное, то, что беспокоило меня последние час-полтора, и сейчас это беспокойство только окрепло.
«Почему провели консервацию комплекса?»
«Причиной закрытия доступа в комплекс является Объект-12».
«Подробнее можно?»
«При строительстве исследовательской лаборатории в Мёртвом городе сто двадцать восемь лет назад был обнаружен склад объектов неизвестного происхождения. Их перевезли в основной корпус исследовательского института. Через семнадцать лет, после двух тысяч восьмисот пятнадцати неудачных попыток, удалось разобраться в принципе действия одного из найденных объектов.
«Ты хочешь сказать, что комплекс перевели в режим консервации снаружи, несмотря на наличие тут живых людей?»
«На момент начала проведения операции зачистки единственной активной биологической формой жизни на станции был Наргон-78».
«Всех успели вывезти?»
«Нет. Все сотрудники в комплексе на тот момент погибли или находились при смерти».
«Стой. Что за оговорка «единственной активной биологической формой жизни на станции был Наргон-78»? Смотритель — это то, что расположено на столе?»
«Нет информации о том, что пользователь может видеть на столе. Наргон-78 выглядит так». И мне прямо в голову пришла картинка аквариума с жидкостью, в которой плавала голова.
«Да, я и вижу тебя. Значит, ты и есть смотритель комплекса. И как ты превратился в такое?» Этот вопрос вырвался помимо воли, но Наргон ответил на него в достаточно знакомой мне манере:
«Нет данных».
"«Где-то я уже слышал похожие ответы, — поморщился я. — Но это в принципе и не странно. Если бы я делал такие штуки, тоже бы спрятался подальше и поглубже. И мозги бы им прочищал так, будто это память у новорожденного. Хотя, видимо, тут именно так и поступали, а то с чего бы он ничего не помнит. Правда, не отпадает и вариант клонирования, что тоже не больно-то законно, но не менее применимо.
















