Моя. По закону мести

Какая же ты сука, Коротков! Конченая сволочь! Сам свалил, а дочку подставил!

Ирбис сжал кулак до хруста, отвернулся к окну. Невидящим взглядом смотрел на ночной город.

Свет уличных фонарей превращался в размытое яркое пятно. И внутри Гоша чувствовал себя таким же пятном, поплывшим и бесформенным.

Сука Коротков! Дочку оставил долги отдавать? Подставил же девчонку! Гнида!

Ирбис за минувшие дни свыкся с другой мыслью. Смалодушничал, решив, что не прибегнет он к вынужденным мерам. И мужики сами между собой все решат.

А тут… Бегство старика многое решило.

Гоша на секунду прикрыл глаза, просто чтобы не сорваться на парнях. Не надо оно им. Вдруг еще грохнет кого в пылу гнева. А пока что каждый человек на счету.

Георгий методично выуживал из памяти все, что знал о наследнице Короткова.

Единственная дочь. Закончила педагогический. Работает в гимназии. Классное руководство четвертого, мать его, «Б». По пятницам ходит в театр.

Ирбис совсем не кстати вспомнил фото дочки врага. Тогда он счел ее невзрачной. А потом, когда своими глазами увидел две недели назад, понял, насколько встрял.

Что-то было в ней, в этой Евдокии Коротковой.

Или Гоша просто устал? Да и баб давно у него не было. Дел по самые гланды, не до девок. Тут пожрать не успевал нормально.

Гоша рвано выдохнул, сжал переносицу пальцами. Нет, не в отсутствии секса дело."

"Зацепила она его просто. Просто чем-то зацепила, еще когда в первую встречу тряслась от страха перед ним, но не отворачивалась. А ведь не каждый даже взрослый мужик способен выдержать взгляд Ирбиса. Вон, папаша ее не смог. Ни разу на их «стрелках».

Горечь разлилась по небу. Если к утру парни не найдут суку, Гоша лично пойдет искать. А пока что подержит Дуню у себя.

* * *Дверь хибары, в которой находилась Короткова, парни вынесли оперативно и аккуратно.

Макс шел первым, по пути вырубил двух щеглов. Следом Ирбис. Остановился в центре узкого коридора, смерил тяжелым взглядом валявшихся на полу укурков.

– Чо за беспредел, мужики?! – гнусаво промычал парнишка наименее пострадавший от опытного кулака Макса Воронкова.

– Под кем ходят? – коротко спросил Ирбис.

– Шестерки Югры, Георгий Матвеевич, – отчитался Макс.

– Понятно, – задумчиво проговорил Гоша, а у самого зверь бесился за грудиной, так и хотелось пустить его с поводка. Но понимал, повторные разборки с Югровичем сейчас никому не нужны. – Девушка где?

– Да мы… мы не хотели… получилось так, – оправдывался утырок.

Под тяжелым взглядом Ирбиса отморозок стих, отполз на пару метров и рывком отбросил замызганный ковер с пола. Под ним обнаружился люк.

– Долбаны! – нетерпеливо ругнулся Воронков и пнул щегла так, что тот взвыл в голос.