Невест-то много, я -- одна

За кого он меня принимает? Приличные люди не читают чужую переписку.

— Учитель фехтования вам для кого нужен, леди? — спросил вдруг соглядатай маркиза. Подслушивал, значит.

— Для сына его сиятельства. Парнишку надо сделать самым-самым. Я хочу ему помочь. Вы знаете?

— Разумеется. Езжайте на Малую Речную улицу. Голубой дом с белым балконом и флюгером единорогом. Господин Фуарье́. Не факт, что он согласится взять на обучение вашего протеже́, но попытаться можете.

— Спасибо! А что... — Тут я моргнула, а когда снова подняла ресницы, уже стояла на ступенях одна. — Вот и поговорили.

Послание Миража я передала его сиятельству, чем его весьма озадачила. В том смысле, что он же сам на месте, отчего же его тайные сотрудники решили действовать через меня?

А я-то откуда знаю? Велено передать, я передала.

Вечером я снова прошлась перед строем идущих в ночную смену стражников. Не нашла ни одного смертника. Получила взамен клочок бумаги с пятью именами. Господина Фуарье среди них не было.

Приехав домой, я сразу же нашла Лекса и осчастливила его новостью:

— Я тут подумала и решила: ты будешь учиться фехтованию.

— Да я и так учусь, — фыркнул он. — Ко мне учитель приходит. Приходил. И снова будет.

— Нет, ты не понял. Ты будешь учиться в школе фехтования с другими парнями. Ты же не девчонка, чтобы к тебе на дом приходили учителя. Ты должен уметь выживать в ста́е.

— Э-э-э... — опешил он. — И ты нашла мне стаю?!

— Не совсем, — стушевалась я. — Но я над этим работаю. Твой отец дал свое согласие, чтобы мы с тобой поездили и нашли тебе...

— Стаю, я понял, — съязвил парнишка.

— Да! Отлично я придумала? И смотри, вот! — Я продемонстрировала перстень. — Лорд Риккардо сказал, чтобы я показывала его при необходимости, и тогда нам помогут.

— Ого! Папа сам его тебе надел?! — вцепился он в мою руку и чуть ли не обнюхал кольцо.

— Да. Но это еще не всё. Я выпросила для нас с тобой разрешение поучаствовать в разработке эскиза для твоего перстня с именным гербом. Тебе как бастарду полагается немного отличающийся от фамильного родового. Вот ты должен подумать и нарисовать что-то — ух какое красивое! Только, чур, без меня не делать. Рисую я плохо, но буду подсказывать.

Лекс вытаращился на меня так, словно у меня вдруг выросла вторая голова.

— Ты серьезно?!

— А что не так? — забеспокоилась я. — Ты не хочешь? Я думала наоборот. Это же так замечательно — самому разработать то, что еще и твоим потомкам перейдет. Ты ведь создашь побочную ветвь рода, и этот символ станет фамильным.

— Всё так! То есть ты и правда со мной. И за меня, — с какой-то странной интонацией протянул он вдруг.

А потом шмыгнул носом, развернулся и ушел. Я только озадаченно посмотрела ему в спину, пожала плечами и отправилась переодеваться к ужину.