Невест-то много, я -- одна

Она ничуть не затуманилась и не потускнела, как это бывает у стариков.

Я смотрела на него и видела его грядущее. И это было странно и грустно.

— Ну? — поторопил он меня.

— Через шесть месяцев и четыре дня, — выдавила наконец. — Простите. Вас... убьют.

— Даже так? — приподнял мужчина брови и откинулся на спинку кресла. — Неожиданно. И, конечно же, предотвратить это не удастся?

Пожав плечами, я повторила то, что говорила сотни раз с самого детства:

— Я не предсказываю судьбу и то, как ее изменить. Я всего лишь вижу будущую смерть. А то, какими путями вы к ней придете, изменить я не в силах. Ведь я лишь вестница.

— Значит, шесть месяцев и четыре дня, — пожевал губами магистр. — Надо срочно заняться делами и всё закончить. А то будет обидно, если останутся незавершенные артефакты. Ах да! А вам требуется?..

— А мне как раз требуется артефакт, который позволит не видеть смерти. Например, монокль? Но не на один глаз, как носят господа. А сразу на два. И изящный, чтобы его смогла использовать леди.

— Вас тяготит дар вестницы? — с пониманием спросил артефактор.

— Очень! — не стала я отрицать. — И я тороплюсь, поэтому попросила бы вас выполнить мой заказ в первую очередь, если возможно. Мне нужно ехать по делам домой, в Приграничье. А там... — Я кашлянула. — Там смертей слишком много из-за прорывов. Мне бы не хотелось видеть их все.

— Да, понимаю. Вы ведь и приобрели дар именно по этой причине, что жили там? Как долго вы уже вестница?

— Мне тогда еще не было семи.

— Бедная девочка... — посочувствовал едва слышно маг. — Что ж, я готов приступить к вашему заказу немедленно. Ранее мне с подобным сталкиваться не приходилось, но мы сделаем всё, что в наших силах.

Остаток дня я провела в мастерской. Магистр Дагран сделал гипсовый слепок моего лица, измерил череп и уровень магических способностей. Помимо этого просканировал ауру, выяснил всё относительно моего образа жизни и его активности. Уточнил предпочтения, характер и привычки. Семейное положение и наличие у меня детей, а если их планирую, то скольких. Взял каплю крови и исследовал ее на каком-то из своих артефактов. Все полученные данные он записывал в новый, только заведенный специально для меня блокнот.

Потом пришла очередь драгоценных камней. Артефактор для чего-то поочередно выдавал мне различные самоцветы и просил подержать их в руке. Снова что-то записывал. Затем с каждым из камушков мы выходили на крыльцо, и я смотрела на прохожих, сообщая, чувствую ли какие-нибудь изменения в активности способностей вестницы.

А магистр постоянно приговаривал:

— Очень интересно! Ох, как же интересно!

Я закатывала глаза, но стоически терпела все манипуляции. Гайрас давно скучал в углу, куда его отправили, чтобы он не мешался. А мы всё общались и общались.