Невеста для сердцееда

— И?"

"— Разве не очевидно? Если вы немедленно прекратите преследовать меня, особенно принимая во внимание случившуюся между нами небольшую размолвку…

— Во время которой вы сломали веер о мою руку, а потом убежали к тетушке, будто я сделал вам недостойное предложение.

Генриетта покраснела.

— Признаю, я виновата в том, что люди стали думать о вас подобное. П-поэтому мы не можем прямо сейчас разорвать отношения. В противном случае все решат…

— Что мой искушенный язык не смог пробиться через преграду вашего девического сопротивления, — с улыбкой на губах закончил он.

— Знаю. И мне ужасно жаль. Сознательно я ни за что не заставила бы людей так думать.

Циничное выражение гут же исчезло с его лица, и он воззрился на Генриетту широко раскрытыми глазами.

— Ваше участливое отношение, бледность лица, обеспокоенность и изменение решения о нашей договоренности продиктованы тем, что вы хотите защитить мою репутацию?

— Да. Видите ли…

Запрокинув голову, лорд Дебен расхохотался.

Плотно сжав губы, Генриетта отвернулась. Головная боль, мучившая ее целый день, сейчас и вовсе грозила разорвать на куски черепную коробку. Ей захотелось домой.

— Мисс Гибсон, прошу вас не принимать это на свой счет и не обижаться, — произнес он. — Видите ли, моя репутация настолько очернена, что любая попытка защитить ее ничего не стоит.

— Да, вижу, — согласилась она, неуверенно поднимаясь. — Прошу меня извинить, лорд Дебен, но пришло время избавить вас от моего присутствия. Не сомневаюсь, очень скоро вы и вовсе забудете о моем существовании.

Дебен, моментально лишившись веселости, поспешно вскочил со стула и схватил Генриетту за запястье.

— Ваше присутствие в моей жизни далеко не лишнее. Возможно, вы не поверите мне, мисс Гибсон, но…

Как ему было закончить эту фразу? Сейчас она не была расположена выслушивать признания в любви. Он дал ей прекрасную возможность сказать, что ее сердце по отношению к нему смягчилось, а она заявила, чтобы он не говорил глупостей. Если бы сейчас он открылся ей в том, что хочет положить конец фарсу и сделать отношения настоящими, а впоследствии и вовсе жениться на ней, она ответила бы отказом.

Он не позволит унизить себя отказом. Ни одной женщине не удастся поставить его на колени. У него собственные методы добиваться желаемого, более действенные, чем официальное предложение руки и сердца.

— Мне тоже крайне жаль расставаться с вами, не завершив вашего чувственного воспитания, — вкрадчиво произнес он. — Вы показали себя многообещающей ученицей.

— Ничего подобного, — с жаром запротестовала Генриетта. — Да вы и не занимались совсем моим воспитанием.

— О нет, напротив. Просто я делал это так осторожно, что вы могли и не заметить.