Невеста из гроба

И это притом, что королевство куда больше!

— А когда возникает проблема с королевскими отпрысками, и унести кусок побольше хочет каждый, проводится битва претендентов…

Чича снова замолчал и уставился на свои переплетённые пальцы.

Я уже теряла терпение, когда заговорила Наперстянка.

— Королева играла в настольные игры? — вежливо спросила она.

Я фыркнула. Что за вопрос? Я же считалась дочерью Астаросских, главных инквизиторов! Меня научили всем возможным играм с фигурками, камешками и точками!

— Она обыгрывала меня тысячу раз во всё, что мы пробовали играть, — вместо меня ответил Викуэль.

— А что такое, сестра?

Я отметила для себя, что Викуэль относится к незаконнорождённой сестре лучше, чем к родным, а она… она словно не верит в это.

— Битва претендентов — это настольная игра, — пояснила Наперстянка. — Только играют в ней живыми людьми.

— И эти живые люди могут погибнуть, — добавил Чича, снова поднимая голову. — Включая самих игроков.

Он уставился на меня. Его глаза больше не горели алым, клыки были скрыты под окончательно зажившими губами. И только багровая от засохшей крови рубашка, которую ему не на что было поменять, напоминала, что передо мной принц вампиров, а не один из моих друзей вроде Викуэля.

— А правила… — я прочистила горло. — Есть какие-то?

Дальше Наперстянка и Чича объясняли по очереди. Как оказалось, ледяные земли никто до сих пор не попытался занять и облагородить не только из передвижной королевской тюрьмы. Именно там располагалось поле для игры претендентов. Мне нравилось больше называть это игрой, а не битвой. Наперстянка и Чича не спорили.

Любой, у кого был трон или его подобие, любое вместилище для нижних полушарий, рассчитанное на глав государства, мог принять участие в битве.

Что же касается соседей вроде эльфов, то им требовалось разрешение одного из потенциальных участников. Именно это я и дала владыкам Рассехо. Дура.

— Когда все претенденты определятся, а зов приходит к каждому, кто проходит по требованиям, — продолжил Чича. — Они могут визуализировать себя на поле битвы.

Это я понимала. Мёрзнуть самим не придётся. Сидишь себе на стуле и представляешь, будто ты вообще не здесь! Очень удобно.

— В этот момент претенденты максимально уязвимы в реальности, да? — я посмотрела в глаза Чичи. — Они полностью управляют собой и своей армией в голове, верно? И в этот момент кто угодно может подойти к ним в реальном мире…

Я замолчала, потому что Чича смотрел на меня так… С ужасом и восхищением. Никогда раньше вампир, флиртующий со мной по поводу и без, не смотрел на меня так. Даже не по себе стало. А что я такого сказала?

— Королева… — с благоговением произнёс он. — Это может сработать.