Невеста младшего брата (СИ)

Понимаю, что перед тетей я не виновата, но меня всё равно терзают угрызения совести. Жалят иголками где-то в области груди.

Как же так? Почему нас обеих угораздило влюбиться в мужчин из одной семьи? Прямо злой рок какой-то. И зная об этом, я всё равно продолжаю думать о Максе. Что же я творю? Его отец причинил столько боли моей родной тетке, а я умираю от тоски по его старшему сыну.

Не могу перестать думать о нём. Это выше моих сил.

— Ваня… — выдыхает тетя, опуская ладонь на моё плечо. Сжимает его. Ласково поглаживает пальцами. — Не терзай себя, девочка. Отпусти ситуацию. Дай времени залечить твои раны. Дай себе шанс стать счастливой без него. Не повторяй моих ошибок.

— Ты не понимаешь, теть Лар… — приподнявшись на локте, устремляю на родственницу бегающий взгляд. Глаза снова становятся влажными. Приходится взять короткую паузу и сглотнуть. Закусываю губу, чтобы не разреветься, а плоть предательски дрожит, как и ресницы, на которых скапливаются слезы… — Как мне теперь с этим жить? Ка-а-ак? Я не могу его ненавидеть! И тебя очень сильно люблю. Я чувствую себя предательницей.

— Ива, детка, ну что ты такое говоришь? Прекрати! Не изводи себя.

— Лучше бы я не знала, — продолжаю думать о нашем с тетей разговоре.

На момент знакомства с отцом Максима ей исполнилось восемнадцать лет. Молодая, наивная девушка повелась на красивые слова и обещания. Тогда ещё Пожарский не был владельцем крупной строительной компании — одной из лучших на рынке страны. Как позже оказалось, Андрей удачно женился на дочери застройщика, у которого было несколько земельных участков под строительство частных коттеджей. Тётя узнала о его семейном положении, когда «осчастливила» Андрея новостью о залете. Пожарский быстро нашел решение в пользу своей семьи, в которой вот-вот должен был родиться Макс. Отказаться от перспективного будущего он не мог, раз и навсегда отобрав у моей крестной возможность стать матерью.

После их расставания она так и не смогла устроить личную жизнь.

От жалости к тетке меня душат слезы.

Эмоции раздуваются в груди, как воздушный шар, а затем лопаются. Даю им выход.

— Ну что ты, девочка моя. Не плачь, — обняв меня, тетя крепко прижимает к себе. Покачивает, как ребенка. Гладит по спине. — Зря я открыла тебе свою тайну. Будь умницей. Всё пройдет, вот увидишь. Ты ни в чём не виновата. Не казни себя, Ваня. Не казни…

— Не буду… — всхлипываю, глотая слёзы.

Я же молоденькая совсем, а у неё за плечами пятьдесят с хвостиком лет. Половину из которых родственница посвятила роддому и появлению на свет новой жизни.

— Точно? — уточняет она.

— Обещаю.

Испускаю судорожный вздох.

— Детка, я опаздываю. Выпей чашечку чая и успокойся.

— Беги, теть Лар. Я уже всё. Больше не буду плакать. Честно.

— Ну и отлично.