Невеста-наследница

Синджен попыталась позвать ее обратно, но ее голос превратился в едва слышный шепот.

— У нас нет денег, чтобы заплатить врачу. Это сказала тетушка Арлет.

Теперь у Синджен кружилась голова, головокружение было таким сильным, что ей трудно было сосредоточить взгляд на Арлет. Судя по часам, стоявшим возле кровати, день уже клонился к вечеру. Синджен снова хотелось пить и есть тоже, и ей нужно было помочиться.

— Пришлите ко мне Эмму или Далей.

— О нет. У Далей слишком много хлопот с детьми. О Господи, как здесь жарко, не правда ли? Тебе обязательно нужен свежий воздух.

Тетушка Арлет открыла все окна, раздвинула портьеры из бледно-золотой парчи и подвязала их.

— Вот так. Свежий воздух охладит твой жар. Поправляйся, моя дорогая. Я еще загляну к тебе.

Она опять ушла, и Синджен осталась одна. В комнате с каждой минутой становилось все холоднее.

Усилием воли Синджен заставила себя встать и помочиться, затем, шатаясь, добрела до кровати и, стуча зубами, залезла под одеяло.

На следующее утро в спальню тихонько проскользнул Филип. Он подбежал к кровати и посмотрел на Синджен. Она спала и дрожала во сне. Он положил ладонь ей на лоб и тут же отдернул ее. Синджен горела в лихорадке.

Тут он почувствовал, что в комнате очень холодно. Окна были открыты. «Это сделала тетя Арлет», — подумал Филип.

Он знал, что она заходила к Синджен, потому что потом она объявила всем, что Синджен почти совсем поправилась. Она продолжает нежиться в кровати только потому, что она англичанка и потому ленива и обожает всеми командовать. Тетушка Арлет задумала дурное, это ясно как Божий день. Филипу не хотелось додумывать эту мысль до конца.

Он закрыл окна и развязал привязанные портьеры. Потом принес из своей спальни еще одеял и укрыл ими свою мачеху.

— Пить, — прошептала Синджен.

Филип приподнял ее голову и поднес бокал к ее губам. Но она так ослабела, что ее голова бессильно откинулась. Филипу стало страшно.

— Тебе не стало лучше, — сказал он, и Синджен смутно расслышала в его голосе нотку страха.

— Нет… Я рада, что ты пришел, Филип. Ты пришел… я по тебе скучала… Помоги мне, Филип. — Ее голос замер, и он понял, что это уже не сон, а беспамятство.

Тетя Арлет велела им всем не входить в спальню лэрда. Она сказала, что не хочет, чтобы кто-нибудь еще подхватил ту легкую простуду, от которой слегла их мачеха. Она уверяла, что все в порядке и что их мачеха сама не хочет, чтобы ее навещали.

Но это было куда хуже, чем обычная простуда. Тетя Арлет солгала. Синджен была очень, очень больна.

Филип стоял около ее кровати, глядя на нее и думая, что же ему делать.

— Непослушный мальчишка! Сейчас же уходи отсюда! Ты слышишь меня, Филип? Подойди сюда!

Филип обернулся и посмотрел на тетушку Арлет, которая, грозно выпрямившись, стояла в дверях.