Невеста-наследница

Дуглас снова вступил в разговор:

— Ну хватит. Алике, скажи нам: где она?

Алике с беспомощным видом захлопала глазами и испустила глубокий вздох, отчего взгляд ее мужа вмиг устремился в нужном направлении и сосредоточился на ее роскошной груди. Потом она всплеснула своими изящными белыми руками:

— Ах, Дуглас, я не помню. Ты же знаешь: я совершенно не способна запомнить дорогу. Мы все время сворачивали то туда, то сюда, и только Синджен может сказать, где расположена эта ферма. Мы с Софи абсолютно не представляем, где это, верно, Софи?

— Абсолютно не представляем.

— Сейчас я тебе задам, — сказал Райдер и притянул жену к себе. Потом наклонился, словно желая что-то сказать ей, однако вместо этого поцеловал ее в губы. После чего поднял голову и ухмыльнулся. — Дуглас, Колин, не беспокойтесь. Я все узнаю у своей жены, только дайте мне время. В моих объятиях она тает как воск. Это так мило, так…

Софи двинула его кулаком в живот. Он на секунду задохнулся, однако ухмылка не сошла с его лица.

— Ну, ну, моя драгоценная, не отрицай очевидного: ты же знаешь, что в самом деле обожаешь меня и боготворишь следы моих ног. Ты как прекрасная роза, которая каждое утро раскрывает свои лепестки навстречу солнцу.

— Знаешь, Райдер, — перебила его Синджен, — из тебя получается паршивый поэт. Лучше замолчи и оставь Софи в покое.

Колин, нахмурившись, сказал:

— Я хочу знать, что вы трое намеревались сделать с Робби Макферсоном. Ведь не собирались же вы кормить его по очереди три раза в день на протяжении последующих тридцати лет?

— Нет, — ответила Синджен. — У нас есть хороший план. Если вы просто оставите нас в покое и пойдете к себе пить бренди или портвейн, мы все сделаем в наилучшем виде.

— А в чем состоит твой план, Синджен? — осведомился Дуглас и, встав со своего места подле Алике, обошел кровать и остановился у изголовья сестры.

Но она только упрямо покачала головой, глядя на среднюю пуговицу его желто-коричневого сюртука для верховой езды.

— Синджен, — продолжал он, склоняясь над ней, — я держал тебя на руках, когда ты появилась на свет. Ты срыгивала молоко мне на рубашку. Я научил тебя ездить верхом. Райдер научил тебя рассказывать анекдоты. Мы оба научили тебя стрелять и любить чтение. Не будь нас, ты выросла бы неученой дурой. Ну же, расскажи нам, в чем состоит твой план.

Синджен опять отрицательно покачала головой.

— Я все еще могу выпороть тебя, соплячка!

— Нет, Дуглас, к сожалению, теперь уже не можешь. Зато это могу сделать я и непременно сделаю. Она поклялась слушаться меня, когда нас сочетали браком, но до сих пор так и не перешла от абстрактного к конкретному.

— Как же я могла слушаться тебя, если ты все время был в Эдинбурге? Можно сказать, что ты пренебрегал мной.