Невеста опального герцога

– Стою, – ответил с мрачной ухмылкой.

– Если ты думаешь, что сможешь уйти… – я не закончила, Алексис перебил меня.

– Я прекрасно понимаю намеки с первого раза.

Он обвел пальцами свое лицо, опухшее и бледное.

– Зачем тогда ты пялишься на реку?

– Какая тебе разница? Может, мне нравится наблюдать за водой.

Почему-то меня злили эти слова. Злила беспечность, с которой Алексис Коэрли реагировал на происходящее. Злило то, что он может оправиться от побоев, встать и вновь посмотреть вдаль, словно ничего и не случилось.

– Я просто не хочу, чтобы ты доставил моему отцу лишние проблемы.

– Послушай, ты ведь не собираешься замуж. Так какая тебе разница, что со мной случится? Напротив, радуйся, если я решу вновь сбежать. Ну а если ещё и утону – тебе вдвойне повезет. Нет жениха – нет проблем.

– Вместо тебя отец найдет кого-то другого, – отрезала я тихим голосом. – Мы с тобой хотя бы оба этого не хотим, а другой…

– А другой жених будет не прочь наплодить потомство с юной красоткой Утенрод? – понимающе хмыкнул мужчина. – Что ж, звучит логично. Впрочем, ты плохо знаешь меня. Возможно, я передумаю сбегать и захочу, скажем так, познакомиться с тобой поближе?"

"Его ладонь накрыла мою щеку, и кожу обожгло волной жара. Прикосновение было теплым, почти горячим и совершенно бесстыдным.

Я отшатнулась.

– Пошел к дьяволу!

– Я уже там нахожусь. – Он махнул подбородком в сторону дома.

Я успокоилась только тогда, когда вернулась обратно к главному входу в поместье. По правде, я практически бежала, чтобы не видеть и не слышать этого ужасного, отвратительного человека. Чтобы не дышать с ним одним воздухом.

Искры слетали с моих пальцев, как всегда, когда я не контролировала свою магию. Учитель научил её утихомиривать, но не объяснил, как жить с ней. Отец и вовсе не считал моё колдовство чем-то значимым – так, легкая особенность дочери, от которой нет ни пользы, ни вреда.

– Магия для простого люда, – так он говорил. – Твое предназначение в ином.

Угу, в рождении наследников и бессмысленном прозябании в стенах поместья, будучи чьей-то женой.

Я была раздражена сверх меры. Мне хотелось запулить энергетическую волну в Алексиса Коэрли и испепелить его к чертям собачьим. Потом бы так и оправдывалась перед отцом:

– Он меня взбесил, и я от него избавилась. Прости, вышло случайно.

Уф. Невозможное чувство. Какое-то новое, незнакомое и совершенно лишенное разумности.

До самого ужина я не покидала своей комнаты. Заперлась в ней, обложилась книгами, но текст не шел, буквы расплывались перед глазами. Меня охватывал гнев, стоило вспомнить надменный взгляд нашего пленника, его ладонь, коснувшуюся моего лица.

То, как легко ему это далось – словно он привык ощупывать девиц и не видел в этом ничего порочного.

Нет уж.