Невеста по наследству

Ратманов-старший прыжком преодолел расстояние до ее внезапно покачнувшейся матери и поддержал ее за локоть и талию. Ольга Ивановна даже не успела испугаться. Она растерянно посмотрела на дочь и отстранилась от графа. Он молча отступил на шаг и слегка поклонился. Потом развернулся, быстро сбежал вниз по красному персидскому ковру, покрывавшему лестницу, и крикнул лакею, чтобы срочно подали экипаж к крыльцу. Мать и дочь проводили взглядами высокую фигуру графа. И Настя услышала вдруг короткий тихий вздох. Мать виновато посмотрела на нее:

— Не знаю, что со мной? Внезапно закружилась голова…

— Ты просто излишне нервничаешь, — пожурила ее дочь, — учись у меня, я совершенно спокойна!

«Хотела бы я посмотреть на твое спокойствие, если бы Сергей так же неожиданно появился перед тобой», — подумала Ольга Ивановна, но произнести эту фразу не посмела, понимая, что тут же выдаст себя.

Но надо было что-то ответить дочери, и она сказала:

— Более всего мне хочется оказаться сейчас в «Вишневом». В Москве я так устаю и у меня постоянно болит голова!

— Ну, в чем же дело? — Настя бросила на нее быстрый взгляд.

 — Я готова уехать хоть завтра!

— Теперь уже неудобно не принять тех приглашений, которые мы получили…

Она не успела закончить фразу. Лакей возвестил об их прибытии, и перед ними распахнулись двери гостиной графини Ратмановой. Старая графиня сидела в кресле рядом с низким столиком, на котором лежали какие-то бумаги, и Ольга Ивановна не могла не отметить поразительного сходства Андрея со своей бабушкой. Тот же прямой нос, серые глаза… Только голова у графини абсолютно белая, а не черная, как у ее внука.

Ратманова поднесла к глазам лорнет и внимательно посмотрела на двух женщин, которые вызвали небывалое смятение в сердцах ее уже не юных внуков. Она склонила голову в ответ на их приветствие, и едва заметная улыбка тронула ее бледные губы: гостьи предприняли очевидную попытку сесть в одно кресло. Причем мать выглядела еще более смущенной, чем ее дочь.

Графиня удовлетворенно вздохнула. Девочка производила самое благоприятное впечатление, несмотря на вызывающий взгляд, а у ее матери был несколько потерянный и усталый вид, но для своих лет она выглядела на удивление молодо.

И даже красота дочери, более яркая и выразительная, не смогла затмить ее милого и спокойного очарования.

Ксения Романовна Ратманова в очередной раз вздохнула. Внучка Алексея Меркушева была его точной копией, только более утонченной и изящной. И глаза ее, в отличие от деда, были не карими, а зелеными…

— Простите, что не смогла встретиться с вами раньше, дорогие мои! Я неважно себя чувствовала все это время.