Невеста. Цена мира

Мама и сестра тут же подбегают ко мне.

– Дочка, – шепчет мама. – Дочка, ты живая.

– Сандра, – всхлипывает Аделина. – Ты… Я так испугалась за тебя.

Пытаюсь подняться, они мне помогают и отводят к дивану, стоящему неподалеку.

– Что там они обсуждают? – мама сразу накидывается с расспросами. – Что сказал Стефано?

У меня нет сил даже держать лицо.

– Они договорились про свадьбу, – тихо шепчу. – Мою свадьбу, мам. Чезаре хочет сделать меня своей женой…

Она шокированно смотрит на меня. Аделина сжимает мою руку, пытаясь ободрить, а я никак не могу осознать, что стану женой этого монстра.

Да, меня Чезаре, и правда, не тронул, если не считать те несколько раз, что он прикоснулся к моему лицу и к плечу. Но он так пугает меня, что, кажется, я боюсь его больше, чем Рико.

Такой хладнокровный, такой циничный и жестокий. Какой будет моя жизнь с ним?

– Ну, может, это и к лучшему, – задумчиво протягивает мама.

– Роза, вы серьезно? – тут же возмущается сестра. – Это… Это кошмар! Так же нельзя! Он же… Он устроил бойню на свадьбе!

Мать шикает на нее, призывая к молчанию. Показывает взглядом на дверь. Нам не слышно, о чем говорят мужчины, но как знать – вдруг они могут слышать нас?

– Если глава семьи так решил, ты должна подчиниться, Сандра. В любом случае после того, как Чезаре прилюдно забрал тебя к себе, твоя репутация не будет прежней.

– Они договорились вернуть традицию кровавых простыней, – безжизненно добавляю, вспоминая про этот ужасный момент.

– Дочь, каждая девушка проходит через это. Ты должна быть сильной и не опозорить нас.

Мне в этот момент больше всего хочется спрятаться дома, запереться в своей спальне и никогда не выходить – настолько меня пугает мысль лечь в одну постель с Чезаре. Так еще и мама вместо поддержки заявляет, что я должна думать не о себе.

Дверь в нашу гостиную резко открывается, и на пороге появляется Антонио.

– Сандра, отец хочет тебя видеть.

7 Сандра

У нас с отцом никогда не было особенно теплых отношений. Он мужчина закрытый, холодный и часто смотрящий на нас с Ванессой исключительно через призму того, что мы должны беспрекословно слушаться. Наверное, будь я мальчиком, он бы относился иначе. Но увы.

Мне меньше всего хочется идти к отцу. Уверена, он разъярен поступком Чезаре, и, вероятнее всего, его злость вполне может вылиться на меня.

– Сандра, – мама выразительно смотрит на меня, давая понять, что вариантов нет. – Иди скорее. Ты же знаешь, отец не любит ждать.

Конечно, я знаю. Как знаю и то, что у Витторио Соррентино очень тяжелый нрав. Ванессу он не бил пока – хотя та часто нарывалась, но в двенадцать лет сестра многого из нашего мира не понимала. И потому ей прощались некоторые проступки. Ко мне же требования у родителей были куда выше.