Невеста в гробу

Ни Зиний, ни фата Эрис или другие преподаватели мне не мешали. Только фата забрала самых смышлёных травниц и отправила снова варить успокоительный отвар. Ведь, собственно, ничего ещё не закончилось.

Я же попросила Апфеля с соколом отправить запрос в академию нюхачей за так необходимыми нам инструментами. Сама я предполагала на Карбии потренироваться с теми, что были у самого Апфеля. Карбий всё равно даже Остию был нужен постольку-поскольку, да и оказался единственным пострадавшим мужчиной. И оттого с пониманием отнёсся с необходимости стать первопроходцем.

Разобравшись с простым (ну как с простым — Апфелю, как оказалось, не доверяли ещё инструменты, так что мы ждали целую толпу нюхачей и, надеюсь, рангом повыше этого), я перешла к куда более неприятным вопросам.

Для этого я перешла к братьям Гастионам.

— Мы ничего не нашли, — сразу произнёс Даррен. — Но ты была права — у неё даже рисунок, на котором изображён Викуэль, стоит в рамочке. А описания проклятия нигде нет. Мы и в постели искали, и в шкафу, даже прощупали весь пол!

— В панталонах искали? — разумеется, Чича не мог оставить меня наедине с Гастионами! И впрямь ревнует, что ли?

Даррен едва заметно покраснел скулами.

— Искали, — сухо ответил он.

Чича ухмыльнулся.

— А в тех, что в шкафу? — спросил он и чудом увернулся от сгустка мёртвого огня, запущенного Дарреном."

"— Прекратите! — рявкнула я. — Похоже, Бриен прав. Подеритесь уже и успокойтесь! У нас тут, вообще-то, Софи почти умерла, а ей замуж выходить!

Потом я подозвала Апфеля.

— На вас надежды нет, — смерила я своим самым разочарованным взглядом всех троих. Знаю, Бриен попал совершенно ни за что, но это допустимая жертва в данном случае. Я и правда была очень зла. — Апфель, опроси, пожалуйста, соседку Ниры. Вдруг она видела у неё проклятие.

Душечка Апфеля надулась от важности, а сам он тотчас всё испортил.

— А кто здесь её соседка? — спросил он.

— Кто тут нюхач — ты или я? — вопросом на вопрос ответила я. И Апфель бочком сконфуженно покинул нашу группу.

— Думайте, где девушка могла хранить проклятие, — потребовала я.

— Его могли дать родители, во многих семьях так принято, — влезла Арриена. А я и не заметила, как меня облепили призраки.

— Она вызубрила его наизусть и сожрала единственный экземпляр пергамента! — предположила эйри, которая наконец вернулась после неудачи с телом Карбия и делала вид, что ничего такого и не было.

Права эйри была в одном: сильные проклятия обычно переписывали на пергамент, бумага их не держала. Представить высокую, но тощую Ниру жующей кусок кожи с проклятием, мне никак не удавалось.

— Ещё версии будут? — мрачно спросила я. И тут поняла.