Невольница драконов. Семь дней на любовь (СИ)

Уже не хотелось взять перо в руку, приписывая своим героям те ощущения, что я пережила в объятиях драконов, а только стукнуть себя по лбу за грубость.

Я, похоже, ничем не лучше…

Ведь можно было и помягче сказать о своих мыслях! А вышло, как всегда, коряво и нелестно. Чудесный парадокс, преследующий меня всю жизнь: излить мысль на бумагу всегда выходило лучше, чем попытки объясниться вслух.

Потравив себя еще немного за резкие высказывания, приняла твердое решение загладить вину или хотя бы сбавить накал страстей, смягчая драконов.

Мне с ними еще шесть дней жить! Не хотелось бы оказаться запертой наедине с теми, кто тебя ненавидит. К тому же зуд любопытства бегал под кожей, подсказывая мне, что если я действительно неправа, то обязана узнать, в чем именно!

Поэтому, уговорив себя, что делаю все в целях чисто эгоистических, я направилась к шкафу, где для меня были заготовлены наряды.

Как я и думала.

Набитый доверху тряпками шкаф пестрил разноцветными платьями, костюмчиками и прочей белибердой. Некоторые… экземпляры и одеждой-то назвать было сложно. Веревочки с маленькими кусочками ткани… Так себе наряд.

Выбрав более-менее симпатичное, без откровенной эротики, я приняла ванну и переоделась. Причесав волосы, позволила кудряшкам свободно виться в разные стороны, спустилась в зал и принялась ждать.

Драконов не было долго."

"За время их отсутствия я успела несколько раз передумать, два раза переодеться обратно в свою одежду, придумать стратегию, разрушить ее до основания, перебрать зарисовки и записать список вопросов, которые непременно им задам.

И когда, наконец, щелкнула ручка двери, я вскочила на ноги, за секунду растеряв всю свою решимость.

— Ханнари? — удивленно спросил Тайрос, замерев в пороге с тканевым мешком в руках, из которого торчала морковная ботва. — Ты… ты отлично выглядишь.

— Спасибо, — вновь ощутив жар под кожей, я только опустила глаза на секунду, прогоняя ощущение голодного взгляда, пробежавшего по телу от макушки до пят.

— О-о-о…

Киррас, вошедший вторым, тоже остановился, не осмеливаясь шагнуть внутрь, и только удивленно хлопнул глазами с белесыми ресницами, прижав к груди такой же продуктовый набор.

— Это… в честь чего? — все-таки собрался он, шумно сглотнув.

— Я вызываю вас на откровенный разговор, — заявила я храбро, вздернув подбородок. — Ради сохранения невраждебного климата в этом доме.

— Радикально, — прохрипел Тайрос и неожиданно замурлыкал, судя по взгляду, засмущавшись. — Ты очень привлекательна, — пояснил он. — Мне нравится то, что я вижу. Сильно.

— Тогда прошу за стол переговоров, — указав рукой на единственный предмет мебели, с которого можно было есть в этом доме, я поспешила занять место в самом дальнем углу. — Присаживайтесь, не стойте.