Невольница драконов. Семь дней на любовь (СИ)

— Расставь ноги, — тон столь повелительный, что я не посмела ослушаться, слегка раздвигая вросшие в пол пятки. — Умница, огонечек.

Ноги уже откровенно тряслись от напряжения, поэтому, когда пальцы вернулись, щекоча кончиками по бедру, я подскочила на цыпочки, стоило им накрыть голую кожу нежного места.

— Какая ты влажная, — искушая шептал Киррас. — Горячая и отзывчивая.

Движения возобновились, словно никогда и не заканчивались, а я сжалась сильнее, не в силах принять такой тесный контакт.

Внизу живота словно взрывались искры, обжигая и вводя в какой-то ненормальный восторг. Все тело вибрировало, гудело, тряслось, а я продолжала отвечать на поцелуй Тайроса, позволяя лунному дракону изучать себя так откровенно.

Мне точно будет о чем написать. Если я не сгорю на месте и прямо сейчас.

— Тш-ш… не торопись, — попросил лунный, заметив, как я юлю бедрами. — Нам некуда спешить.

«Как это некуда?!» — хотелось прокричать мне, но даже вздохнуть не получилось.

Я горела от макушки до пят, всем нутром стремясь к той вспышке, что пришла ко мне вчера, вколачивая в постель. А дракон говорит, что мы никуда не спешим!

Он все мучил и мучил, рисовал круги, прерывистые линии, и без стеснения пачкал пальцы во влаге, все ближе и ближе сдвигаясь к щелке между шелковых складочек. Дракон меня испытывал, это точно, потому что когда подушечки прижались к узкому входу, я вздрогнула и впервые за сегодня дернулась, попытавшись вырваться.

Конечно, попытка успехом не увенчалась, но мужчины замерли, на мгновение прекратив все действия. И так как я видела только лицо Тайроса, о выражении лица Кирраса могла только догадываться, внутренне скукоживаясь.

Обсидиановый, например, был в смятении, с легкой краской раздражения в серых глазах, которые не скрывали: ему понятно, что случилось, без всяких сомнений.

— Почему не сказала?..

— Вы не спрашивали, — сглотнула я, не в силах сделать голос сильнее.

— Ханнари, мы думали…

— Мало ли, что вы там думали, — ежовые иголки вновь вылезли наружу, и до зубного скрежета захотелось натянуть белье обратно.

Хоть как-то отгородиться от новой волны стыда, которая уже била по ногам, обещая за секунды поглотить меня полностью.

— Теперь хотя бы понятно, почему ты не хочешь с нами спать, — многозначительно выдал Киррас и медленно отнял руку от моей промежности, оставляя после себя только неожиданный холод. — Сложно решиться отдать невинность драконам.

Глава 15

Потянулась было надеть уже наконец белье, но не успела: Тайрос неожиданно опустился на корточки, поймав ладонями спущенные до колен тесемки.

— Позволь мне, — выдохнул он, но отпечатавшаяся на лице серьезность не оставила и следа от минувшей взаимности.