Нежное создание (СИ)

 — Кто позаботится о твоём будущем, если не я?

— Я сама в состоянии позаботиться о себе, — возразила Ника.

Госпожа Маргрит резким движением села в кресло, закатила глаза и усмехнулась:

— И каким же образом?

— Я говорила вам о кофейне, помните? И вам идея понравилась.

Женщина недоверчиво приподняла одну бровь, и Ника заговорила увереннее:

— Если её устроить в вашем доме с лавкой, где сейчас продают мясо, поставить столы и стулья, всё обустроить, сделать красивую вывеску — это я возьму на себя, — то уже через месяц мы сможем её открыть. Жить можно на втором этаже.

— После всего вот этого, проданного с молотка, — мама обвела рукой гостиную, — ты сможешь жить в Зволле? В твою кофейню будут приходить, чтобы посмотреть на тебя… — ткнула в дочь пальцем, — посмотреть, как низко пала дочь потомственного аристократа Лукаса ван Вербума, став хозяйкой таверны.

— Кофейни, — поправила Ника, повысив голос. — Таверна и кофейня различаются, как небо и земля. В таверне предлагают ночлег, пиво, спиртное и дешёвую еду. В кофейне посетителям предложат горячий шоколад, чай, соки и выпечку. Разницу чувствуете? Разницу не только в предлагаемом ассортименте, но и в посетителях? Удовольствие будет не из дешёвых. Понимаете, кто будет приходить в кофейню?

Госпожа Маргрит осуждающе закачала головой:

— Моя дочь станет подавальщицей. Что подавать… чай или пиво — без разницы. Позор, — махнула рукой, брезгливо сморщив нос.

Ника насупилась:

— Не подавальщица, а хозяйка, сами сказали. Подавать будет наёмная прислуга.

Женщина отвернулась, не желая слушать."

"Ника опустилась перед ней на колени и сложила ладони в молитвенном жесте:

— Мама… мамочка… пожалуйста… Не спешите осудить меня, вдумайтесь в мои слова. Я вижу наше безбедное будущее. Надо немного потерпеть. Поверьте мне. Я знаю, что смогу…

— Уйди с моих глаз, — оттолкнула её женщина. — Чтобы до приезда господина Ван Ромпея я о тебе не слышала! — повысила голос.

Ника встала с коленей и обиженно вздохнула:

— Конечно, проще продать свою единственную дочь престарелому банкиру и на эти деньги обеспечить себе сытую старость.

Пока женщина, багровея, хватала открытым ртом воздух и грузно поднималась, собираясь дать ответ дочери, судя по её виду, не только словесный, Ника её опередила — быстро отошла к двери, чтобы иметь возможность убежать, и выпалила:

— А знаете, госпожа Маргрит, давайте вы станете женой господина банкира. После моего ответа ему будет всё равно, кто станет его пропуском в высшее общество. Да и вы подходите ему больше: разница в возрасте не так заметна.

Женщина едва не задохнулась от возмущения.

— Как ты смеешь решать, кто кому подходит! — выкрикнула, хлопнув ладонью по столу.