Купеческая дочь замуж не желает

Только вот позже немного, когда в полях все зацветёт, помог бы мне кто ульи перевезти ближе к лесу. У меня телега одна и лошадь, да и долго одному ульи ворочать. Уж не откажите!

— Какой вопрос! Придёшь в имение, обратись к управляющему Димару, он эту проблему решит. Я ему скажу. Надиша, а ты только такие крупные рисунки делаешь? А поменьше можешь?

Надиша смущённо кивнула и тихо сказала:

— Могу, конечно, нет тут ничего сложного. Только краски у меня мало осталось, я ещё воска в краски добавляю, вот они такие яркие и долго держаться.

— Краски не проблема, ты только напиши, какие и сколько надо купить. В Арнике можно их купить?

Художница кивнула головой и спряталась за спину мужа. Ясно, стесняется пока. Оставив пасечника в его доме, проехались до гончара, посмотрели, что он производит. Посуда была обычной, из красной обожжённой глины, некоторые миски были облиты глазировкой, некоторые были простые. Различные глечики, кувшины выстроились рядами, готовясь к обжигу. Но все было просто, без росписи. Показал гончар мне и то, что я просила изготовить в качестве образцов — небольшие горшочки, ступка с пестиком, плошечки, малюсенькие баночки.

Я одобрила это все на обжиг и глазировку. Для моих опытов с косметикой нужна гладкая поверхность посуды.

Вышли от гончара и двинулись в имение, отсюда было рукой подать. Теплый вечер спускался на долину. Пахло вспаханной землёй, свежими листьями, издалека слышались голоса хозяек, встречавших свою живность, медленно бредущую с выпасов, домой.

Отец все это время молчал, только все рассматривал.

Мне показалось, он был доволен, что мне, его дочери, крестьяне, рыбаки оказывают такое уважение, несмотря на то, что вообще — то я ещё совсем сопливая девчонка.

В столовой, за ужином, где сегодня нас оставили одних, хотя обычно со мной ужинает и Милаш, и Димар и Талия порой, отец, наконец, заговорил:

— Знаешь, дочь — начал он задумчиво, отпивая глоток вина из подаренного в Садах запаса — а ведь сегодня я понял, что последние годы я совсем не знал тебя. Думал, девочке нужно женское общество.

И не учел, что ты больше моя дочь. Купеческая. В тебе такая хозяйственность и практичность, в то же время ты так внимательна к своим людям, заботишься о них. И с торговлей в столице ты хорошо придумала. Весь рынок мы, ясно, не займем, сил у нас не хватит, но будем первыми, это точно! В общем, девочка, ты можешь полностью рассчитывать на мою поддержку и деньгами и чем надо ещё. Я тебя люблю, доченька!

Я, всхлипнув, бросилась к отцу и позорно разревелась, до соплей и икоты.