Купеческая дочь замуж не желает

И действительно, пусть отец камень у дороги бросит, меньше подозрений, мало ли куда он поехал, за ним ведь никто не следит.

Глава тридцать седьмая

Я немыт, небрит, нечёсан,Но зато вооружен!Я решаю все вопросыПистолетом и ножом.Близок путь или далек,Отдавай мне кошелек!Не отдашь, и ты — покойник!Выехали мы ещё до свету. Обоз собрался суровый — кроме фургона с товаром, была телега с бортами для закупки металла, которую тоже тянул тяжеловоз."

"Возчиками сегодня были не молодые парни, а средних лет крепкие мужики, вроде бы приехали из Каменки по просьбе Димара.

За фургоном ехала наша коляска, в которой сидели мы с Лимкой, а кучером был сам Димар. Верхами были Милаш, Тарин и отец. У всех к седлам были приторочены какие — то неизвестные штуки, по — земному, я бы сказала, что это арбалет, и у всех верховых на поясах были ещё и местные палаши, только немного покороче, чем я видела в музее Отечественной войны 1812 года.

Кстати, огнестрельного оружия я здесь не встречала, и даже упоминаний о нем не слышала. Может, здесь и не существует его? Это было бы хорошо. А я уж точно порох изобретать не буду.

Дорога была знакомой, разглядывать особо было нечего, да и темно ещё. Поэтому мы с Лимой дремали, прислонившись, друг к другу.

Бандитов подвела банальная жадность. Первым на поворот дороги после подъёма из долины втянулся наш фургон. Видимо, у них была информация о том, что там возят товар, а стоит он дорого. Вот и решили захватить. Про замену возчиков и увеличение нашего обоза им было неизвестно.

Посему, когда вместо безусых юнцов на козлах, они увидели сурового вида мужиков и подскакавших следом верховых с палашами, все пошло не по такому завлекательному сценарию, как им бы хотелось.

Мужики на козлах размахивали дубинами, не давая близко подскочить к добыче, Димар уже взвел арбалет, и первый болт грозно свистнул прямо перед носом ошалевшего от неожиданности главаря бандитов. Верховые активно рубились сразу с несколькими бандитами.

Велев нам с Лимкой сидеть тихо, Димар соскочил с козел и занял позицию сбоку от коляски, перекрывая подходы к коляске с этой стороны. Рассвет ещё только занимался, и видно было плоховато. Я толком даже не могла разглядеть, где там наши, а где — вороги.

Но чувствовать себя безоружной я решительно не собиралась. Поэтому, выпутавшись из пледа, в котором мы дремали, и затолкав Лимку вглубь коляски и шикнув на нее, я осторожно дотянулась до брошенного управляющим кнута.

Бедная девчонка сидела вся побледневшая, с вытаращенными глазами, замерев сусликом. Я прижала палец к губам, глянув на Лимку. Та понятливо мелко — мелко закивала головой. Неизвестно, сколько бы продолжалась эта героическая битва, если бы к нам не пришла неожиданная помощь.