Никаких запретов

– Хорошо провел вечер на работе? – глухим голосом спросила Эва, встав в дверях кухни и наблюдая за тем, как Майкл взбивал яйца в глубокой тарелке.

– Нет, – он по-прежнему стоял к ней спиной, – а ты?

– Нет.

– Почему? Дети капризничали? – Даже не глядя на нее, не сводя глаз со сковороды, куда он влил взбитые яйца, Майкл знал о каждом ее движении, чувствовал, как она прошла по комнате и села за стол в центре комнаты.

Он слышал ее запах, цитрусовые нотки смешивались с ароматом горячей земной женщины.

– Да, немного. Но дело не в этом. Я… Я огорчилась из-за того, как мы с тобой расстались сегодня, – тихо призналась она.

Майкл не обернулся; он закрыл глаза и медленно досчитал до десяти, заставляя себя промолчать в ответ на ее признание. Если он что и понял из их сегодняшней ссоры, из сказанных Эвой слов, так это то, что для них обоих будет лучше, если Майкл будет впредь держаться от Эвы подальше. Поэтому тем вечером Майкл не пошел домой, а задержался на работе, не стал ужинать, и теперь у него разболелась голова.

Он положил порцию омлета на тарелку и поставил ее на стол; у него перехватило дыхание от одного взгляда на Эву – Майкл заметил, что она выглядела как никогда соблазнительно.

– Ешь, – сказал он, вернулся к плите и стал готовить омлет для себя.

– М-м-м, как вкусно, – одобрительно пробормотала Эва.

Майкл что-то пробурчал в ответ; есть ему не хотелось, но он все равно положил омлет на тарелку и сел за стол напротив Эвы."

"Теперь Эва чувствовала себя еще более жалкой, чем прежде. Сначала она обрадовалась, узнав, что вечер он провел не на свидании, а на работе, но если раньше она могла лишь догадываться, насколько Майкл злится на нее, то теперь она видела его обиду своими глазами, а это было невыносимо!

Она ковыряла вилкой омлет, Майкл делал то же самое, монотонно тикали часы на кухонной стене. Оба молчали: Эва не могла придумать, что сказать Майклу, а он не хотел ничего говорить ей.

Майкл отодвинул стул, ножка скрипнула о плитку, и Эва почувствовала себя такой никчемной, что опустила глаза, не в силах сдержать слез. За прошедшие несколько дней она плакала больше, чем когда-либо!

– Эва… – Майкл сел на корточки и заглянул в ее лицо. – Почему ты плачешь? – ласково спросил он, кончиками пальцев смахнув слезинки.

– Сейчас?

Он улыбнулся:

– Мое предложение о выставке все еще в силе.

Она удивленно посмотрела на него:

– Правда?

Майкл кивнул и серьезным тоном добавил:

– Я не ставлю никаких условий и ни к чему тебя не обязываю.

Она облизала губы кончиком языка и сказала:

– Это очень щедро с твоей стороны после всего, что я наговорила тебе сегодня.

– Разве? – Майкл насмешливо поднял бровь. – Оба моих брата подтвердят: я просто стараюсь заполучить фотографа Эй Джи Фостер для галереи «Архангел».