Никуда от меня не денешься (СИ)

Она видит в моем взгляде вызов, ехидно ухмыляется, обещая неприятности. Игнорирую покалывающий кожу морозец, таким стервам нельзя показывать страх.

Секундная тишина, во время которой я успеваю оценить соперницу. Яркая девчонка. Выглядит чуть старше своих лет. Возможно, из-за осветленных волос, раздутых блестящих губ и ярко накрашенных глаз. Да и «школьная форма» на ней — словно костюм из порноролика.

— Тебе, тебе… — затягивается, выпускает густое облако дыма. Выглядит наигранно и дешево, мне есть с кем сравнить. Самсонов ленивым выкуриванием сигареты и тоном голоса ставил на колени взрослых мужиков, а это всего лишь слабая имитация превосходства. Выглядит дешево и жалко. Жду, когда она скажет еще что-нибудь, проходит секунд десять, когда Кудряшова произносит: — Подойди, — кивает. Вот откуда это быдлячество? Словно срок на зоне отмотала. Подружки смеются. Фу такими быть.

Я стою на месте, чувствую, как напрягается Аня, готовая бежать отсюда сломя голову. Хорошая она, мягкая, добрая. Жалко девчонку, не умеет она за себя постоять.

Время идет, а я стою на месте, с вызовом гляжу на Кудряшову. С губ девчонок пропадают улыбки, удивлены, что я не прогнулась? У меня начинает вибрировать телефон, что все это время я зажимала в руке, ожидая звонка от мамы. «Твой Краш» — светится на экране. Еще один школьный авторитет. Вчера во время обеда отобрал у меня телефон, думала, не отдаст, а он вбил свой номер телефона и оставил эту дурацкую подпись. Мне стало смешно, поэтому не стала менять. Сбрасываю звонок. Мне сейчас не до Краша.

— Дай позвонить, у меня телефон сел, — косится зло на дорогой гаджет.

— У подруг возьми, или у них тоже сели? — усмехнувшись, сильнее сжимаю телефон. Я к нему привыкла, не хотелось бы с ним расстаться. Если они нападут толпой, вряд ли мне удастся отбиться и сохранить его, но легко я им не дамся.

— А ты что такая борзая? — медленно подходит ко мне Кудряшова. Аня делает шаг назад. Стараюсь подавить в себе раздражение. Напоминаю себе, что не все люди одинаковы."

"— Да вроде обычная, — спокойно отвечая, складываю руки на груди. Подставляю лицо теплому осеннему ветерку. Кудряшова поддается на провокацию, быстро сокращает между нами расстояние, лицо, искаженное злобной маской, перестает быть кукольным. — Дотронешься до меня, — подаюсь к Кудряшовой, — повыдергиваю наращенные волосы и выдавлю глаза, ты будешь не первой слепошарой в моем списке, — тихо, чтобы другие не слышали. Последняя угроза — просто страшилка, но на нее ведутся. Уже и не помню, в какой из школ я ее подхватила, а потом успешно использовала. Главное — изображать уверенность. Девочки боятся за свою внешность, мало дур, которые полезут проверять, оставишь ты их слепыми или нет.

— Ты еще об этом пожалеешь, — тоже тихо.